Пепел

Посох выдал сноп алых искр и лег в подставленную ладонь.

— Что за демонщина! — процедил Рэккер.

Старый враг произнес Слово и ожог осыпался черными хлопьями. Волшебники, носящие в сердце имя огня всегда отличались тем, что могли подчинять любые его формы — даже такие.

— Бери оружие, лейтенант, — властным тоном произнес Эш.

Барон выпрямился и вытянул в сторону руку. Из стены, разбивая гранит и корежа метал, вылетел его старый посох, увенчанный острием закаленным в крови сотен убитых. Два волшебника встали друг напротив друга.

— Как же жаждал я этого момента, — хищно оскалился Рэккер. — Чувствуешь ли ты это, старый враг? Чувствуешь как закипает кровь, как быстрее стучит сердце, как разум застилает кровавая пелена?.. Я знаю — чувствуешь.

Юноша промолчал, спрятав взгляд.

— Что бы ты не говорил и не делал, — продолжал барон. — Как бы не старался загладить грехи прошлого, но я знаю кто ты. Ты — Кровавый Генерал Седьмого “Смрадного” Легиона! Убийца, предатель, осквернитель храмов и могил! Тот, кто самолично убил сотни, а запытал еще больше, — Рэккер сощурился и улыбнулся. — Ты тот, кто спалил Задастр и дал мне нынешнюю силу.

— Нет, — покачал головой волшебник. Он поднял голову и свободной рукой стянул черную бандану. На плечи водопадом рухнули пепельные волосы. Следом на пол упала голубая линза, обнажившая карий, почти черный глаз. — Я Мастер Тысячи Слов, двенадцатый Мастер Ордена. Я тот кто танцевал на пиру в Хрустальном Лесу, кто победил дракона Ху-Чина. Тот кто прошел этот материк из одного конца в другой, кто видел народы чудесные и удивительные, кто сражался с Титанами и повергал Великанов. Тот кто слышал легенды фей и играл на собственную жизнь с Хозяином Демонов.

Пока волшебник говорил, голос его становился сильнее и громче. Задрожали стены, крошился зачарованный металл. Вокруг волшебника собирались вихри его силы, энергии столь дикой и безумной, что в ярости своей она стала видимой даже обычному взгляду. Бирюзовое торнадо энергии окутало фигуру волшебника.

Оно ударило в далекий свод и пронзив его подобно стреле, устремилось в небо. Коснувшись черных, смоляных облаков, сила волшебника, еще при жизни воспетая в легендах и детских страшилках, закрутила их словно тесто. Вновь сверкнули молнии, в очередной раз ударил гром.

— Я Пепел! — казалось что голос Мастера звучит ото всюду. Из камней, из осколков статуй, из факелов и даже воздуха. Громкий, звучный, он проникал в каждую клеточку тела и набатным колоколом звенел в ушах. — Я величайший волшебник эпохи Пьяного Монаха!

— Величайший? — хмыкнул Рэккер, собравший вокруг себя точно такое же вихрь силы. — Это мы сейчас узнаем!

Оба торнадо исчезли столь же стремительно, как и появились.