Пепел

Мервин, разбив кулаком мешающую ему сосульку, поднял щит, спрятав соратников за сиянием Драконьего Крыла. Алиса уже накладывала какие-то чары, призванные сохранить и защитить. Мечники — Мери и Лари, встали по флангам, а их клинки сверкали опасным разноцветием. Тулепс и Эш отошли в тыл. Не то чтобы они были самые трусливые, просто именно там положено стоять стрелкам и магикам.

Первые несколько секунд ничего не происходило. Каждый в душе надеялся, что Тулепс ошибся, что ему померещилось или с его глазами сыграли злую шутку ветер, снегопад и преломление света. Но в то же время каждый знал, что опытный следопыт никогда не ошибается. Это утверждение подтвердил страшный рык, вслед за которым задрожала земля. Каждый шаг Ледяного Гиганта, пока еще не показавшегося на узкой тропе, отдавался в землю с такой силой, будто где-то включили шахтерный ударный бур."

"Снег на земле слегка подпрыгивал и веселый ветер подхватывал его, припорашивая ноги и полы плащей. Впереди, за пропастью, не было видно ничего кроме белой, словно ватной стены, а справа — за поворотом, только черный, нависшей над тропой пик.

— Готовсь! — крикнула Мери и все замерло.

Не было слышно ни рева исполина, не чувствовалась дрожь земли, а недавно танцующие снежинки замерли. В этот момент они стали похожи на напыщенных придворных, прервавших свой танец чтобы посмотреть кто это решил подраться на королевском балу. Дыхание Странников обозначалось небольшими облачками пара и только по ним можно было понять, что путешественники еще не превратились в безжизненные статуи.

И в миг, когда кто-то уже был готов поверить, что беда минует стороной, гору сотряс мощнейший рык, а на черном пике показалась белая рука. Огромная лапища, способная смять осадную пушку в стальной ком, ухватилась за черный камень, одним лишь касанием обращая его в ледяную иглу, устремленную в небо. В след за рукой показалась и необъятных размеров башка. Словно огромной ком снега, увенчанный ледяными рогами и глазницами, затопленными синим мерцанием талой воды. Вечно плачущий монстр, чудовище, чье дыхание способно приморозить ваши кишки к вашему же скелету.

Башка, нависшая над тропой, пристально осматривала перевал, пока не наткнулась взглядом на миниатюрные фигурки Странников.

— Замрите, — шипел Мервин. — Никому не шевелиться.

И никто не сделал ни движение. Не вздрогнул телом, не чихнул или, что страшнее — не свалил в сторону ком снега. Ледяные Гиганты они ведь как пауки. Снежный покров для них словно паутина — стоить тронуть одну «нить» и вся система мигом оповестит хозяина о незваном визитере.

Голова, за которой так и не показалось тело (кроме руки, сдавившей пик) словно нахмурилась и уже начала подаваться обратно, как произошло то, что называют злым роком.