Пепел Атлантиды

– Думаешь, я смогу просто забыть? Думаешь, я не останусь тут наедине с вопросом, который будет снедать меня, пока я буду все ждать, ждать и ждать твоего возвращения?

С каждым словом лицо Сиры расширялось, красные волосы почернели, превратились в дреды, кожа потемнела, а сама она стала выше.

Новое тело нечетко расплывалось – как рисунок маленького ребенка.

Но Софи все равно поняла, кто перед ней.

– Прентис?

Он с трудом кивнул, и землю сотряс очередной удар грома.

Оставшиеся лебеди разлетелись.

Тепло накрыло Софи с головой; подул мягкий ветер. Но они не остановили вздыбившееся озеро, обрушившееся на Софи волной и утянувшее ее в пузырь чернильной тьмы.

– Просто скажи, – взмолился Прентис. В тенистом закутке он выглядел еще хуже. А голос его звучал ломко, как острые осколки, которые роились вокруг – и царапали, резали, подбирались все ближе.

Он повторил просьбу еще раз.

И еще.

И еще."

"Осколки прорвались к Софи, устремившись к ее коже. Но не смогли пробиться через ментальный барьер и понеслись к Прентису, размазывая его слабую проекцию, как зазубренные ластики.

– И так будет всегда, – произнес он. – Ничего больше. До самого конца.

Осколки размазывали его, стирали.

Пока не осталась одна только тень.

И когда он повторил просьбу в последний раз, Софи все рассказала.

Со всеми ужасными, душераздирающими подробностями.

Пока осколки воспоминаний не успокоились.

Пока Прентис не пропал полностью.

Глава 65

– НЕТ!

Софи сама не поняла, передала она мольбу, или выкрикнула ее вслух.

Но она чувствовала всплески теплых покалываний, проносящиеся в сознании, и усиливающийся лазурный ветер.

– Прентис, пожалуйста!

– ПОЖАЛУЙСТА.

– Ты должен вернуться.

Не переставая кричать, она нырнула в осколки воспоминаний, не думая о хаосе, который окажется на другой стороне.

Ее ожидало черное ничто – настолько пустое пространство, будто Софи провалилась в бездну, и падала все глубже, глубже и глубже, так быстро, так долго, словно рухнула в центр вселенной.

Ветер погнался за ней – перегнал – сумел подхватить.

И она, дернувшись, остановилась.

Задумалась.

Как будто где-то вдалеке кто-то твердил ей: «Ты справишься! Ты справишься! Ты справишься!»

Уверенность смешалась с новым приливом тепла, и она постепенно вспомнила, что Прентис не мог исчезнуть.

Он просто спрятался. И она могла его найти. Главное – не сдаваться.

В ней разгорелась решимость, и она ухватилась за ветер, потянула, превращая его в перья – в великолепные синие крылья, трепещущие при малейшем колебании мысли, поблескивающие во тьме.

– Пожалуйста, Прентис, – передавала она. – Если не вернешься ради меня, вернись ради Вайли. Он любит тебя. Ты ему нужен.

Она умоляла его снова и снова, пока темнота не сжалась – пока она не обрела края.