Кровник (пенталогия)

Экая малость для дорогого гостя! Сашко удивленно пожал плечами, не ожидал от батьки такой лояльности.

— Подь на дорогу, шумнешь, — зачем-то отослал он Серьгу на улицу, затем вскинул карабин на плечо, достал из металлического ящика две пачки патронов и бросил мне:

— Пошли на зады, я те покажу…

Не буду утомлять ваше внимание деталями последующего действа. Скажу коротко: ничего, как вы сами понимаете, казачонок мне не показал. С двадцати пяти шагов (насколько позволяли размеры двора) стрельнул три раза по тазику, потратив на прицеливание в среднем секунд по восемь на каждый выстрел.

Два попал, третий промазал. От стрельбы истошно загавкали все окрестные псины, скотство взволновалось, в станице поднялся какой-то нездоровый ажиотаж.

— Это наш больной балует! — заорал где-то на улице меньшой Серьга. — Батько разрешил! Это наш больной балует! Батько разрешил! Это…

— Что за шум, а драки нет? — удивился я, принимая у казачка карабин и допихивая в приемник три патрона.

— Ну так стрельба ж… — буркнул красный от смущения Сашко, стыдно было парню за промах, до того стыдно, что безропотно отдал мне оружие, не стал качать права. — Стрельба, а непонятно, зачем. У нас так никто не шалит. Вот и вышли посмотреть…

— Молодец, стрельбы организовал как положено, — великодушно похвалил я, привычно взвешивая оружие в ослабевших от длительного бездействия руках. — Наблюдателя выставил, оповестил всех. И стреляешь ничего… Но вот упражнение выбрал не совсем актуальное.

— Не… какое? — удивленно разинул рот Сашко.

— Не отвечающее требованиям современной обстановки, — пояснил я. — Я тебя давеча зачем спросил, стрелял ли ты в живого человека? Ты в тазик лупишь, не волнуешься, целишься по полчаса. А противник на поле боя подобно тазику лежать не будет. Он будет очень шустро перемещаться и сделает все, чтобы попасть в тебя первым. А потому при огневом поединке на таком вот близком расстоянии нужно вести стрельбу бегло, навскидку, на ощупь, что называется. Примерно вот так.

Я уложил карабин цевьем на сгиб левой руки и от бедра открыл беглый огонь по тазику. Тазик послушно летал по двору, дисциплинированно шарахаясь от каждой моей пули, яростно гавкал Джохар, краем глаза я отметил, что Сашко разинул рот и завороженно пялится на результаты моей стрелковой тренировки.

— Вот примерно так ты должен стрелять, — объявил я, спалив десятый патрон. — Тогда есть шанс, что жить ты будешь несколько дольше, чем многие твои не совсем проворные земляки. И учти, что я не совсем здоров, поэтому стою на месте: во время стрельбы нужно непрерывно перемещаться, чтобы не изображать из себя ростовую мишень…

В течение дня после показного занятия Сашко со мной не разговаривал: не знал, как перестроить модель общения.