Деревенщина в Пекине 3

Избавьте меня от необходимости публично обсуждать семейные сложности. Скажу лишь, что с вашим диагнозом ситуации полностью согласен.

Ван Япин, услышав признание отца, вскакивает с дивана с выражением абсолютного возмущения на лице:

— Папа! Что ты такое говоришь⁈ — её голос взлетает на октаву выше. — У тебя снова претензии ко мне? И что на этот раз⁈

Бизнесмен обменивается выразительным взглядом с будущим зятем, безмолвно прося помощи в усмирении дочери. Затем его взгляд переходит с Ван Япин на До Тхи Чанг, и контраст между этими двумя девушками становится ещё более очевидным.

Одна — иностранка, с юных лет взявшая на себя ответственность за собственную судьбу. Её попыткам социализироваться и адаптироваться под правила Китая остаётся только завидовать. Напоминает упорство подорожника, прорастающего сквозь асфальт. И главное, что До Тхи Чанг всегда идёт вперёд — изучает язык, культуру, получает образование, развивает бизнес. И всё это полагаясь исключительно на свой интеллект и силу воли.

Другая — его родная дочь, выросшая в атмосфере изобилия, но так и не научившаяся ценить предоставленные возможности, инфантильная и эгоцентричная до абсурда. Бизнесмену даже страшно представить, что произойдет, если отправить её в Австралию с миллионом долларов стартового капитала. Любой другой китаец с его предпринимательской жилкой нашел бы способ эти деньги приумножить и оставить наследство внукам, но Япин, скорее всего, растратит всё за несколько лет бездумного прожигания жизни.

— Дай тебе бог здоровья, сынок, — обращается Ван Мин Тао к будущему зятю с неподдельной искренностью в голосе. — Буду молиться за то, чтобы ваш брак был крепким и счастливым.

Хоу Ган резко косится в сторону вьетнамки и отвечает с неожиданной прямотой:

— Я вынужден согласиться с информацией, представленной в видеоблоге. У меня есть старший брат и несколько близких друзей, в том числе значительно старше меня по возрасту, с которыми мы неоднократно обсуждали реалии современного брака. Не нужно далеко ходить за примерами — мой двоюродный дядя, тридцати трех лет, единственный и поздний ребенок в семье, регулярно кошмарит свою жену. Так что да, к сожалению, это распространенная практика."

"— А что касается судебной системы? Неужели всё настолько плохо? — Ван Мин Тао приподнимает брови в искреннем удивлении.

— Да, настолько, — кивает жених. — Но я предпочитаю извлекать конструктивные уроки даже из негативных явлений. Нас этому учат в университете. Мне глубоко чужд формат семейных отношений, где муж самоутверждается за счет унижения жены.