Книга 4. За семью печатями

Тоже молодец, устроила стирку перед вашим приездом…

Поблагодарив хозяйку за заботу, мы направились в свою комнату раздеться и взять полотенца.

– А где Иван Фёдорыч? – спросил я Добрана Глебыча.

– Наверное, ждёт нас в бане. Где ж ему еще быть? Он всегда так. Если баня, то он там первый. А как тебе его дочурка?

– Ужас! У неё что, не совсем с головой? Похоже, все ценности вывернуты наизнанку.

– Вывернуты, это так, – вздохнул князь-старейшина. – И ничего с такой бедой не поделаешь.

– И давно у неё началось?

– Почитай с раннего детства. Погибшая девчонка!

– О чём это она, когда заявила, что я должен тебя спросить?

– О том, что у неё квартира в Питере и «мерс» в гараже. А она студентка – четверокурсница, соплюха еще! Понятно, родители ей такое предоставить не могли. Дошло?

Я кивнул и, закутавшись в полотенце, отправился вслед за Добраном Глебычем. В бане, как и предполагал старейшина, лёжа на полке, нас ожидал хозяин дома. После парной и непродолжительного отдыха хозяева снова пригласили нас к столу, на этот раз к ужину. И у меня появилась возможность рассмотреть поближе тётю Машу – маму Дашуньки. У хозяйки дома был высокий рост, неплохая для её возраста фигура, пышные тёмного цвета волосы, но в доброе приятное лицо женщины закралось что-то нерусское. Было ясно, что тётя Маша не из поморов.

«Может, она зырянка? – думал я, изучая её лицо. – Но почему помор женился не на своей? Обычно у местных мужиков так не заведено».

На ужин Дашунька не пришла. Может, обиделась на наши с Добраном Глебычем замечания, а может, по другой причине. О ней никто за столом не вспомнил.

«Несчастная девчонка, – думал я про Дашу. – Приняла ценности, которые нам всем подсунули «друзья-приятели» с Запада. Всевозможные материальные блага в обмен на то, что на Руси считалось более ценным, чем сама жизнь. Девчонка не знает и не хочет знать, что такое честь. Для неё это пустой звук, не более. Пока она торгует собой, и вроде бы успешно, а дальше что? Когда немного постареет? Надеется выйти удачно замуж? Но какой идиот рискнёт на ней жениться? Впрочем, среди богатых дураков хватает. Может, ей и повезёт. Когда мы направились с Добраном Глебчем на боковую, я его спросил относительно этнической принадлежности мамы Дашуньки.

– Похоже, тётя Маша не русская? – посмотрел я на него.

– Во всяком случае, мне так показалось.

– Ты правильно заметил, – уселся на свою кровать князь- старейшина. – Так оно и есть. Маша не арийка, она другой расы. Фёдорыч привёз её ещё девчонкой из Петрозаводска. Долгое время у них детей не было. Все думали, что обойдётся. Но вот, родилась Дашунька! И жизнь хороших людей пошла под откос.

– Получается, что Мария Семёновна из карелов?

– Из карелов. Родители у неё славные. Из князей. Но труженики, каких редко встретишь.