Печать мастера. Том 1

Тени менялись, звериная часть в лице главы семьи становилась то больше, то меньше, но всегда оставалась часть – человеческого. Девочка – совершенно чиста, как и младшие дети.

Коста замер, разглядывая – глядя прямо в глаза сира Блау на портрете – чтобы это ни было, господин держал это под полным контролем, гордо приподняв подбородок и уверенно расправив плечи – Глава. Истинный Глава рода.

В отличие от… Коста осторожно перевел взгляд левее – на руку сира Блау, покровительственно лежащую на плече старшего сына... стоящей рядом с отцом – твари.

Он моргнул – на него смотрел темноглазый высокомерный мальчишка – Аксель Праймус, моргнул ещё раз – тварь, ещё раз – мальчишка, тварь, мальчишка-тварь, тварь… и ничего людского не осталось в лице наследника."

"Коста закрыл глаза и потряс головой – суть многогранна и может меняться, может он не увидел с первого раза, может…

Тварь.

Он был готов поклясться – глаза наследника полыхнули желтым. На черно-белой картине. И… захотелось склонить голову и скулить от страха, так же, как в подземельях.

Коста быстро накинул покрывало обратно на доску и выдохнул.

Как это? Тварь сожрала первого сына? Что случилось – он не знал, но картину нужно уничтожить! Если это “проявленная суть” их… убьют. Картину нужно порвать! Сжечь! И сделать это может только Мастер, у него не хватит сил даже дотронуться!

– Мастер! Мастер! – Коста сбежал вниз, запнувшись на ступеньках и пролетел треть лестницы кубарем, вывалился в коридор первого яруса. – М-м-мастер!!!

Наставник Хо спал.

Прямо на стуле, откинувшись назад в неудобной позе – голова свесилась на бок, руки соскользнули вниз. Спал и – храпел. С присвистом. Пустая бутыль валялась под столом.

Коста потратил пять мгновений, пытаясь растолкать старика, но только добился того, что тот рухнул на пол, свернулся калачиком и снова сладко захрапел, подложив ладонь под щеку.

– Да что же это такое, Великий!!

Коста пнул бутылку и притащил сверху плед. Укрыл как мог и подбросил дров в очаг на ночь, чтоб не замерз. Потом поднялся, построил баррикаду перед дверью спальни из стульев и ширм – если наставник проснется и пойдет, он обязательно услышит, и скажет мастеру, что такое показывать нельзя – ни в коем случае!

…

Коста спал тревожно, караулил, прислушиваясь к каждому шороху, и провалился в сон, только когда по краешку неба появились первые всполохи зари, и – проспал.

А утром картина и наставник Хо – исчезли.

* * *Утро следующего дня

Старый Керн, пекарня

– Уходил на самой заре?

– Раньше, – ворчливо поправила мистрис, недовольная тем, что приходится повторять второй раз. – Сказано же уже – как только рассвело чуть, так и скрипнула дверь, в аккурат по воду ходила, смотрю – господин мастер Хо.

– С длинным тубусом? – переспросил Коста.