Бомба за пазухой

 — Есть что-то новое?

— Черт его знает, этого Фромма. С одной стороны, он немец. В тридцать девятом переехал на Урал, когда его соотечественники ринулись на историческую родину. Историк, знаток Средневековья, стал работать в свердловском краеведческом музее. Почему в свердловском, я и сам не понял, и никто мне объяснить не смог. Какое на Урале Средневековье? Мне сказали, что историк — он и в Африке историк. Изучает, мол, нашу историю, вносит вклад в изучение этого края. Черт с ним, раз так, значит, так. Думаю, сейчас я его все равно прищучу на несоответствии. И опять попадаю впросак. Оказывается, они и вправду отправляли Клауса Фромма в Севастополь на раскопки. Какого черта, спрашиваю, делать специалисту по Средневековью, работающему на Урале, на раскопках античного города? Как вы думаете, что мне ответили?

— Историк, он и в Африке историк, — подсказал Зыков.

Бойко бросил на лейтенанта бешеный взгляд и, швырнув на стол фуражку, принялся снова вытирать потную голову.

— Как в воду глядел! Так примерно мне и объяснили. Мол, интересуется, мол, нам разнарядку прислали на одного сотрудника для участия в раскопках. Это, мол, решение ученого совета музея.

— Черт! — Зыков рубанул воздух рукой. — И ни одного фото, чтобы сличить. И его фото с пропуска без толку отправлять, потому что пропуск там, в Свердловске, оформляли. А если это не он, если он просто похож? Хотя глупости это. Кому и зачем нужно посылать человека для диверсионной деятельности в Севастополь из Свердловска? Хотя мы целей не знаем. Вдруг он враг и задание не выполнил. Голова кругом. А как ухватить за ниточку, моя голова пока не соображает.

— Ну, так, — хмуро продолжил Бойко. — Я к телефону пригласил человека, который хорошо знает Фромма. Такого, правда, долго искали. Описал он его довольно детально, на вопросы мои ответил тоже. Порадовать вас нечем. Этот свидетель по телефону ничего не опроверг, но ничего и не подтвердил. Вроде он, а вроде и не он. Короче, а воз и ныне там. Подозревать Клауса Фромма нам не в чем, предъявить ему нечего. Одним словом, я его освободил. Обязал, правда, при получении сведений из Свердловска, при получении оттуда денег, телеграмм сразу сообщать мне. Я обещал его самолично посадить на поезд и отправить в Свердловск. А этот немец имел наглость попросить меня помочь ему организовать чтение лекций по европейскому Средневековью.

— Ну, освободил — значит, освободил, — опустил голову Зыков. Он хотел рассказать товарищам, что привлек к помощи группу школьников из Сочи вместе с их учителем, но в последний момент решил не афишировать такие новаторские методы работы контрразведки. Если уж будет результат, тогда скажет, как получил его, а если нет, то и знать никому не надо, что он тут вытворяет в нарушение всех инструкций.