Паук

А я даже не догадывалась, сколько еще раз буду возвращаться мыслями к тому, что он сказал напоследок…

Кажется, я просидела на этом стуле целую вечность, прежде чем, наконец, решилась подняться. Ноги настолько онемели, что с трудом удавалось держать равновесие, пока оправляла на себе одежду. И мне бы сразу бежать сломя голову, подальше от этого места, но отчего-то я не спешила. Даже не поленилась поднять черные повязки из плотной ткани и аккуратной кучкой сложить их на стул. Только затем неуверенно двинулась в направлении двери.

Музыка мгновенно оглушила меня, а перед глазами все начало плясать от обилия разноцветных вспышек. Люди кишили на танцполе, напивались у бара, смеялись за столами, а я словно попала сюда по ошибке… И в голове навязчивая мысль, будто все прекрасно знают, что происходило в той кабине!

Я пока не могла в полной мере осмыслить произошедшее… Просто с потерянным видом двигалась к выходу, желая как можно скорее оказаться дома. А по пути все время озиралась, до сих пор чувствуя вкус чужого мужчины во рту и пребывая в странной уверенности, что он следит за мной.

О своей сумке я вспомнила только когда увидела Кирилла. Он встретил меня прямо на порожках и к счастью держал ее в руках. Похоже, все это время парень мерз на улице и, судя по шлейфу табака, безостановочно курил.

— Ты как? — хмуро спросил, коснувшись моего плеча.

А я непроизвольно поежилась и глухо попросила отвезти меня домой."

"За всю дорогу не проронила ни слова. Была погружена в свои мысли и лишь изредка отвлекалась на горьковато-холодный, бархатный аромат, который словно фантом появлялся в воздухе салона. Он, точно липучая паутина, остался на моей коже и до мурашек волновал рецепторы, воссоздавая перед глазами навязчивые картины. А я упрямо прогоняла эти воспоминания, и прохладными ладонями унимала жар на щеках.

Несколько раз Кирилл осторожно пытался выяснить, что же все-таки произошло на этой встрече. Я понимала — он по-своему переживал и скорее всего, мучился от чувства вины, но… не могла ничего ответить. Ни соврать, ни выдать правду.

Только оказавшись дома, за запертыми дверями, я смогла вздохнуть полной грудью и хоть немного отстраниться от всего. Когда-то родители помогли Мише приобрести эту квартиру, чтобы он мог жить отдельно, спокойно строить отношения с какой-нибудь потенциальной девушкой, да и вообще вести самостоятельный быт. А теперь в этой двушке жила я. Она находилась в районе центра, и мне было гораздо проще добираться до работы. Хотя это не являлось главной причиной…

Меня просто болезненно тянуло сюда. Какая-то навязчивая идея, что квартира должна была жить и ждать своего хозяина. Наверное, поэтому я убиралась здесь чаще, чем положено.