Еда и патроны

 – А куда мне сажать его, он не уточнял? Все камеры забиты.

– Уточнял, – невозмутимо парировал Ефим. – В одиночку.

– Ну ни хрена себе! Может быть, стол мой на улицу вынесем?! Я там работать буду, а здесь одиночку организуем для гастролеров всяких.

– Ладно, – на полном серьезе ответил Ефим и кивнул своему напарнику в сторону стола. – Бери справа, а я слева.

– Стойте! – Мужик оперся руками о нежно любимый предмет интерьера своего рабочего кабинета и возмущенно вытаращил глаза. – Сдурели, что ли? Давайте его в общую запрем. Пару дней – ничего страшного, сидя поспит.

Стас хотел было возразить, но его опередил Ефим:

– У меня четкие указания от Бурова, чтоб задержанный ни с кем из заключенных не общался. Понятно?

– Понятно, понятно. – Главный задумался, почесывая коротко стриженный затылок. – Слушай, а давай его к смертнику подсадим.

Стас остолбенел, не веря собственным ушам.

– Ты ебанулся, что ли? – логично предположил Ефим.

– А что? – мужик не сдавался. – Уж с кем общаться завсегда можно, так это со смертником. Его через недельку казнить должны. Это же все равно что в пустой одиночке. А? Да ты не переживай, – поспешил мужик успокоить, уловив озабоченное выражение гвардейского лица. – Он смирный, к тому же с дырой в плече. Ничего твоему гастролеру не будет.

– Ну, в принципе…

– Вот и отлично. – Мужик резво подскочил к Ефиму и пожал его лапищу аж двумя руками. – Как оформить-то?

– Напиши – «Стас. Временно задержанный в интересах следствия».

– Ясненько. – Мужик схватил телефонную трубку и крутанул рычаг. – Андрюша, зайди-ка ко мне с Сашкой вместе.

В дверях появились два человека в потрепанном зеленом камуфляже.

– Разместите клиента в пятую камеру.

Тюремщики вопросительно переглянулись.

– В пятую, в пятую, родной, – подтвердил хозяин кабинета. – Давай поживее.

Стасу тут же заломили руки и потащили к двери.

– Это произвол, бля, полнейший! Я обо всем Бурову сообщу! – решил он высказать напоследок свое веское мнение, за что незамедлительно получил коленом в печень и, ловя ртом воздух, повис на руках надзирателей.

Глава 11

Носы ботинок, армированные стальными набойками, волочились по бетонному полу, высекая искры на неровностях стыков, там, где один коридор переходил в другой, а тот – в следующий; бились со звоном о ржавое железо лестниц, спускаясь все ниже и ниже; цеплялись за дверные коробки решеток, перегораживающих коридор, и переваливались через них, снова встречаясь с холодным шершавым бетоном, пока наконец не остановились напротив металлической двери, измазанной грязно-зеленой краской со взбухшей пузырями коррозии вокруг многочисленных клепок и сварных швов. Задвижка смотровой щели с мерзким лязгом, выворачивающим душу, отошла в сторону.