Горсть патронов и немного везения

— Не закопаешь его через пять минут — я закопаю тебя рядом, — поставил я ультиматум Матюшину и побрел к ручью.

Это был, конечно, не Эльдорадо, но очень чистый и довольно быстроводный ручей с прозрачной холодной водой. Сняв с себя всю одежду, я с наслаждением искупался. Не могу сказать, что почувствовал себя родившимся заново, но желание умереть отступило.

В отведенный срок Матюшин уложился и теперь сидел, обессиленный, у холмика, всецело подчинившись воле рока.

— Где мы находимся? — спросил я, подойдя к машине.

— В лесничестве, недалеко от Сосновки.

— Где Ямковецкий?

Он пожал плечами. Я сел в прокуренный салон и завел двигатель.

— Эй? — растерялся Матюшин. — А как же я?

— Да как хотите! Что я вам, нянька?

— Но я действительно не знаю, где он! В последний раз я видел его у Балашовой три дня тому назад, он просил обеспечить колесами Анастаса Рыжего!"

"Я захлопнул дверцу и опробовал «Порше», сразу отметив, что салон значительно удобнее, чем багажник. Метров двадцать Матюшин бежал за мной, размахивая лопаткой, потом сдался и, прислонившись к сосне, сполз на мох. Я остановился, посигналил. Он покорно поплелся к машине, всем своим жалким видом выражая покорность побежденного; у дороги машинально огляделся и сунул под мокрую моховую кочку орудие убийства.

— Зачем было убивать несчастную женщину! — риторически воскликнул он, когда мы с похоронной скоростью двинулись в неизвестном направлении.

— Не будем о грустном, Алексей Петрович. Я человек впечатлительный, того и гляди расплачусь. Вполне допускаю, что вы к убийству гражданки Балашовой непричастны, но тогда не откажитесь ответить на пару моих вопросов. Они касаются Ямковецкого. Все остальные, включая вас, в мой прейскурант не входят. Итак, вопрос первый: он в бегах?

— Не знаю. Во всяком случае, скрывается.

Он достал из кармана мои сигареты «Кэмел». Я забрал у него их и закурил.

— Вы еще и мародер? Кстати, какие сигареты курил ваш сообщник Давыдов?

— «Приму», — поморщился Матюшин. — И он еще мой сообщник?

— А чей? Ямковецкого?..

Он нажал кнопку стеклоподъемника и отвернулся.

— Какое отношение ко всему имеет Майвин? Быстрее, у меня нет времени!

— Майвин — дерьмо, — изрек Матюшин тоном забравшегося в ванну Архимеда.

— Это я знаю без вас.

— Ставленник сибирской преступной группировки, Стартовый капитал сделал на квартирах — скупал, перепродавал.

— Это запрещается законом?

— Законом запрещается убивать одиноких стариков, приватизировавших квартиры. Оказывать силовое давление на владельцев, похищать детей. Только это — сейчас, а тогда, в начале девяностых, законы и нормативные акты в сфере операций с недвижимостью отсутствовали.

— Он что, убивал лично?

— Конечно, нет.