Патриот. Смута. Том 4

Люди меня и имущество сопроводят как раз. Мало ли что.

— Атаман, боишься, что лошадь тебя растрясет?

— Да что ты с ним… — Начал было Григорий, не выдержав.

Я руку вскинул, и собрат мой осекся, замолчал.

Предатель положил ладонь на эфес сабли. Сопровождающие его люди переглядывались растерянно. Они не понимали, что происходит. Все, кроме еще одного. Признал я того бойца, что ночью спорил со мной из-за добычи. Затаил, значит, злобу. Ясно.

Он стал спина к спине с атаманом, тоже упер руку в оружие.

Вот так выходит, остальные то даже и не в курсе. Это хорошо. Непричастных трогать не будем, меньше потерь.

— Атаман, что тебе нижегородец сделал? — Смотрел на него сурово. Ответа ждал. — Зачем его убить приказал? Клятву нарушил. Людей своих на виселицу отправил.

Казаки, что были при своем лидере, еще больше занервничали. Драться им совершенно не хотелось, руки приподнимали, отстранялись от своего предводителя, отходили на шаг, другой в сторону. Давали понять, что они хоть и его люди, но против воеводы не идут, не думают.

Один прогудел как-то нервно.

— Воевода, мы это… Нам приказали атамана сопроводить… Мы и, это… — Он сбился, смешался, закашлялся. — Мы сюда пришли, значит… А здесь эти…

Он махнул на Чершеньских.

— Не пущают… Мы не понимаем, чем прогневали… Чем воевода?

— В сторону, боец. — Произнес холодно. — Атаман твой предатель. Убить меня хотел и гостя моего. Хотя, клятву, как и вы все давал.

Люди доселе все еще верные своему лидеру, уставились на него. И почти сразу все, кроме одного отошли на несколько шагов. Все тот же казак проговорил сбивчиво.

— Мы это, воевода… Мы не… Атаман он наш… Но коли так… Мы за тебя, за… Мы же клятву того, этого. Мы не знали.

— Полно. — Я поднял руку. Обратился к атаману, замершему вблизи мостков. — Давай, кайся перед братами своими. Зачем их подставить хотел. На предательство повел.

— Все равно в петле висеть. — Процедил он. — Что же ты за черт, Игорь Васильевич Данилов. Как все знаешь, как понимаешь.

Слышалось в голосе его злость и сокрушенность.

Справедливости ради твоя задумка была ну совсем какая-то примитивная. Людей жалко. Это да. Ты пятерых на разбой и предательство подбил. В тереме трое, с конем один и здесь еще один.

Да еще и стрелец погиб по твоему умыслу и один ранен. Но вроде не сильно. Нижегородцу тоже досталось, но жить будет. Надеюсь.

Уже после боя потери у нас. Что за дурость.

— Атаман, смерть разная бывает. — Проговорил я спокойно, вытаскивая саблю. — Можно просто в петле, как холоп. Можно как воин от клинка острого. А можно и между лошадями растянуть или между соснами.

Не хотел я пытать этого человека, но узнать, почему он затеял это, было нужно. Может, кто-то еще вовлечен в эту авантюру.

— Пугаешь. — Процедил он зло сквозь зубы.