Давай прогуляем пары

— К отцу гоним? — спрашивает на подъезде к городу.

— Естественно! В травму, не в твою же стоматологию.

— Ну, может, к матери его отвезти, тут ближе.

— Ага и сделать вагинальное УЗИ! Думай башкой, чего болтаешь. Или тебя тоже задело? Что-то не помню, чтобы ты головой бился в последние два часа.

Савва молча потирает щёку, и я вижу в зеркало заднего вида, как брат бросает взгляд на Таю. Та-а-ак….

— Приехали.

Тормозит около въезда на территорию больницы. Дорогу дальше перекрывает шлагбаум. Савва выпрыгивает из машины и подходит к охраннику, что-то объясняет, активно жестикулируя и показывая на нас.

— Чуть-чуть осталось. Держись, — прошу тихо у Громова.

Матвей последние минуты стонет слишком громко, уже почти не сдерживаясь. На его лбу выступили крупные капельки пота. Стираю их, не удержавшись, прикасаюсь к мягким полноватым губам парня. Кончики пальцев жалит словно тысячей пчёл, потому что внезапно я чувствую на них мягкий, почти невесомый поцелуй.

Отдёргиваю руку.

Упираюсь взглядом в затылок Таи и боюсь перевести его на Матвея. Что это сейчас было?

— Чувак в будке говорит дальше самим тащиться, — в приоткрытое окно заглядывает Савва. — Машины посторонние не пускают. Но наш клиент, — указывает на Мота, — не дойдёт.

— Сделай что-нибудь. Позвони отцу, например!

— Точно! Надеюсь, нам повезёт, и он не в операционной.

Спустя, как мне кажется, бесконечное количество времени мы наконец заходим в приемный покой, где нас уже ожидают. Матвея сразу кладут на каталку и без лишних вопросов увозят на рентген.

А я остаюсь стоять в полупустом больничном коридоре, обхватив себя за плечи, и смотрю вслед врачам и Громову до тех пор, пока за ними не закрываются двери кабинета.

Устало приваливаюсь спиной к стене и пытаюсь перевести дух. Устала дико, даже колени подкашиваются. Видимо, сказывается напряжение последних часов. На плохо слушающихся ногах добредаю до кушетки для посетителей и опускаюсь на неё. Прячу лицо в ладонях и делаю глубокий вдох. Сердце колотится на износ, словно я только что взбежала на десятый этаж и наконец выдохлась.

Брат предлагает остаться со мной, но я, заверив, что всё в порядке, спроваживаю его отвезти Таю домой. Хочу побыть одна. Мне нужно. Такой стресс.

Отпускает не сразу. Я знаю пару дыхательных практик, показывали на растяжке, куда я хожу дважды в неделю. Выполняю их. И просто жду. Не уеду из больницы без каких-либо новостей от Громова. Дома спать не смогу, если ничего не узнаю. Вдруг у него что-то серьёзнее вывиха плеча и сотрясения, и мы сделали только хуже, решившись на транспортировку?

Через какое-то время, когда я наконец вновь могу твердо стоять на ногах, нахожу женский туалет и тщательно мою руки. Из зеркала на меня смотрит незнакомка. Я уже и забыла, что сегодня не в своем привычном образе.