Партиец (СИ)

Конечно тогда у Иосифа Виссарионовича я «погорячился» с нанесением оттиска пломбы подушечкой пальца. Но проблему товарищ Сталин поднял правильную. Создать фальшивый штамп не сложно. Абы кто это не сделает, так что пломбы все равно значительно сократят кражи во время перевозки, но все равно они будут. Однако тут мне остается лишь смириться с этим. Для того у нас и существует милиция и отдел розыска.

А вот через два дня ко мне вновь заявилась Женя. Узнала, что я вернулся, не иначе как через комсомол — я ведь сразу на следующий день после приезда отправился в университет, а у нее среди комсоргов остались знакомые. И сейчас стоит на пороге, невинно хлопая глазками.

— Ну и что ты тут делаешь? — вместо приветствия спросил я.

— К тебе пришла. Разве тебе в прошлый раз не понравилось? — игриво спросила она, положив руку мне на грудь.

— Что было, то прошло. Больше не повторится, — покачал я головой и хотел закрыть дверь, но Женя не дала, поставив ногу в проем.

— Ну чего ты так со мной? Что я тебе плохого сделала? — надула она губки.

— Жень, я занят, — вздохнул я. — Работы много.

— Так я помогу, — тут же вскинулась она. — Что нужно сделать?

— Ничего, я сам справлюсь.

— Сереж, ну почему ты так со мной? — наигранность и игривость с нее спала, и девушка повторила свой вопрос уже серьезней. — Вот что я такого сделала, что тебе бы повредило? Просто захотела нечто большего? Так это нормальное желание для любого человека! Может, как-то тебя подставила? Нет. Оскорбила? Тоже нет. Так в чем дело?

— Ты ставила мне ультиматум, — напомнил я Жене. — Терпеть не могу шантажистов.

— Была не права, признаю, — кивнула девушка. — Но ведь и ультиматум тот ничего серьезного не содержал? Только угрозу нашего разрыва.

— И мы разошлись. Точка, — я снова попытался закрыть дверь, и опять Женя не дала мне это сделать.

— Тогда разошлись, сейчас можем сойтись. В чем проблема? Ну подумай, что такого я совершила, что ты мог бы на меня всерьез обижаться?

«Так-то она права, — пришла мне мысль. — Женя ничем мне не вредила. Только моя опаска, зная ее натуру, не дает мне работать с ней как прежде. Других аргументов у меня нет. Но стоит ли рисковать?»

Видя, что я задумался, Женя замолчала и терпеливо ждала, что я отвечу.

— Ты уже подвела меня один раз, — вспомнил я, как девушка отказалась мне давать результаты порученного мной ей задания. — Кто сказал, что не подведешь снова?

— Честное комсомольское, этого не повторится, — тут же приложила она руку к груди.

«Может поручить ей какое-нибудь невыполнимое задание, чтобы отвязалась? — проскочила новая мысль. — А как не справится, так и будет у меня официальная причина дать ей отворот поворот».

Придя к такому решению, я кивнул, на что Женя обрадовалась и поняла меня немного неправильно.