Парижский вариант

— Мы убеждали мсье Мавританию не связываться с ними!

— Ты доверял их деньгам, Абдулла! — перекрыл все голоса насмешливый бас Абу Ауды. — Наша цель велика, и нам нужна эта французская машина.

— А что мы получили? Ничего!

— Как полагаешь, Абу Ауда, — спросил другой голос, — это ловушка?

— Шайтан его знает, что это! Берите оружие. Будьте готовы прыгать, как только коснемся земли.

Веревка, стягивавшая запястья Джона, так и не подалась. Но агент чувствовал, что судьба дала ему шанс спастись, менее рискованный, чем попытка разбить вертолет. Когда «Блэк хоук» сядет, у Абу Ауды и его подручных найдутся дела более важные, чем следить за пленником. Заметить его попытки освободиться с передних рядов сидений было практически невозможно — только подергивание плеч выдавало отчаянную борьбу, которую вели его запястья и кисти рук с неподатливыми волокнами.

Вздрогнув, вертолет завис в воздухе, слегка покачиваясь, и начал медленно опускаться. Джон продолжал дергать и растягивать веревку, стараясь не обращать внимания на израненные запястья. Вертолет неторопливо снижался и вдруг резко накренился. Пленник потерял равновесие и повалился на сиденье, больно приложившись плечом. Что-то острое вонзилось в спину. Самые нетерпеливые из террористов с криками выпрыгивали из вертолета. Машина, кое-как выровнявшись, коснулась земли, и остальные устремились за ними.

Пока стихал рокот винтов, Джон отчаянно нашаривал лопатками тот острый выступ, за который успел зацепиться, падая. В конце концов спину снова проколола боль; по рубашке начало расползаться мокрое пятно крови. Агент медленно пополз вдоль стены, пока не ощутил выступ пальцами. Осторожно ощупал его. Обивка лопнула, и выступили разошедшиеся листы металла. Ободренный, Джон принялся перепиливать веревку об острый край. Двигатели смолкли, и в салоне воцарилась странная тишина. Лопалось волоконце за волоконцем, и веревка подавалась.

Агент продолжал возить узлами по иззубренному краю стального листа, до тех пор, пока путы его внезапно не лопнули. По пальцам стекала, сочась из порезов, кровь. Джон сорвал веревки с рук и замер, прислушиваясь до боли в ушах. Сколько террористов осталось в вертолете? Большинство из них, похоже, от нетерпения выпрыгнули из машины еще до того, как та опустилась.

Снаружи доносились крики и безудержная ругань.

— Разойдитесь! — ревел Абу Ауда. — Ищите! Все обыщите!

— Тут карта Франции! — взвыл кто-то. — Я нашел ее в домике!

Террористы перекрикивали друг друга, встречая каждую новость очередным взрывом проклятий. Постепенно крикуны удалялись."

"Джон попытался уловить хоть какой-нибудь звук внутри вертолета, хотя бы дыхание. Ничего.