Парижский десант Посейдона

Торпеда не одолел и пяти метров, как по окружности начались неприятности. Лаз ощерился полусотней острых стальных штырей, которые сомкнулись вокруг пловца, не давая ему шевельнуться. Торпеда дернулся, но штыри на то и были рассчитаны: их конструкция предусматривала дальнейшее сжатие при попытке высвободиться. Гидрокостюм был достаточно прочен, но против лома нет приема. Торпеда, захваченный стальным обручем, замер.

Все происходило бесшумно, можно было только догадываться о выражениях, которые сейчас были готовы сорваться с языка у рассвирепевшего Посейдона.

Сильвер уже приближался, целясь в обруч пилой. Каретников знаками показал ему: осторожнее. Неизвестно, как поведет себя эта штуковина в ответ на попытку ее резануть. Если штыри продвинутся еще сантиметров на пять, Торпеду можно будет вычеркнуть из списка участников.

Сильвер внимательно изучил гнезда, откуда выдвинулись стальные зубы, приложил диск и приготовился резать под корень. Торпеда же почти не шевелился, только медленно перебирал ластами. То, что сделал Сильвер дальше, поразило всех: он совершил стремительное круговое движение, абсолютно акробатическое. Не оставляя машине времени среагировать, он отсек штыри единым круговым махом. Он сам, выполняя это, провернулся так стремительно, как немногим удалось бы сделать на свежем воздухе. Обретший свободу Торпеда рванулся вперед. Механизм запоздало выдвинул обрубки, но это уже никого не пугало. Переломанные штыри плавно опустились на дно – вернее, на пол, хотя здесь трудно было разобрать, где кончается пол и начинаются стены с переходом в потолок.

Торпеда вскинул баллон, поднес к стене и стал медленно двигаться дальше; его круговые движения руками были при этом такими же стремительными, как мах, совершенный Сильвером. Он обрабатывал «герметиком» окружность впереди себя, наглухо забивая все потайные отверстия, таившие опасность.

Было понятно, что наверху уже всполошились и готовят теплую встречу.

Сонар уловил движение, и Торпеда вжался в бетон.

«Сирены», шедшие за ним, незамедлительно расступились, последовав его примеру, и тезка бойца, торпеда миниатюрных размеров, пронеслась по центру. Бойцы выжидали. Пребывание в бетонной трубе и рассредоточение ближе к стенам позволило им выдержать взрывную волну, когда снаряд достиг противоположного берега."

"Дальше двигались «по стеночке»; еще две торпеды ушли, так и не поразив цели. Торпеда демонстрировал чудеса проворства, успевая охранить себя от удара и зашпаклевать скрытые амбразуры, где могло находиться – и находилось – все что душе угодно, от арбалетов до пулеметов.

Вскоре лаз круто повернул влево, перед «Сиренами» возникла стена с торпедными люками.