Пари на сиротку

И шепотом, словно вокруг стояла еще целая толпа сочувствующих, предложил: – Успокоительную настойку?

В голосе профессора отчетливо слышалась ирония, смешанная с сочувствием. Странная, непонятная смесь.

– Спасибо, – выдавила Фиса и опять шмыгнула носом. – Не стоит.

Она ткнулась носом в платочек, сморщилась, сообразив, что этой скользкой мокрой тряпочкой уже ничего не вытереть, и с огромным трудом сдержала новую порцию слез.

И тут до ее руки дотронулись – чем-то мягким, сухим.

Покосившись, Фиса увидела, что профессор протягивает ей платок.

– Возьмите, – мягко попросил он. – А если позволите, я уберу… следы вашей печали.

– Я и сама могу, – буркнула Элифиса и все же взяла платок. – Благодарю…

– Несомненно, можете. Вы прекрасно владеете моим предметом, хотя и не проявляете к нему энтузиазма. Но в таком состоянии…

– Бытовые заклинания не стоит применять на коже лица, – поделилась знаниями девушка, вытирая нос чужим платочком. Большим таким, в клеточку.

– Я знаю, – спокойно согласился Дайлен Риот и любезно добавил: – И согласен: портить свеженькую девичью мордашку – это немыслимо! Но есть один способ, который вам, по всей видимости, неизвестен. Он совершенно безопасен, поскольку саму кожу не затрагивает. Мисс…

– Да, покажите, – попросила Фиса.

Профессор протянул руку, не касаясь ее лица, шевельнул губами – и влага высохла.

– Просто складываете пальцы вот таким образом, видите? К сожалению, восстановить цвет кожи действительно можно только более… серьезным и небезвредным заклинанием.

– Я знаю… Спасибо."

"Дайлен Риот осторожно присел на скамью – на расстоянии, отвечающем правилам этикета, – поставил на колени большую плоскую коробку, которую до этого держал под мышкой, и внезапно сказал:

– Что бы ни вызвало ваши слезы – это ерунда, маленькая мисс. Уж поверьте мне на слово.

Элифиса подняла на него глаза, и ей в кои-то веки не хотелось ехидничать и острить. Конечно, с профессором она бы себе этого и не позволила, но все же сейчас важным было не то, что думала она, а то, что говорил он.

– Правда? – спросила она совершенно по-детски.

Почему-то отчаянно хотелось верить. Как в далеком детстве, глядя на падающую звезду, что она осуществит твое самое-самое заветное желание.

Чтобы мама не плакала, например. И папа не уходил из дома по вечерам.

– Правда, – кивнул профессор и усмехнулся. – В студенческом возрасте любая жизненная неурядица кажется катастрофой, а если уж она еще и любовная…

– С чего вы взяли, что любовная? – подозрительно спросила Фиса и еще раз высморкалась в подаренный платочек.

Благо не нужно было строить из себя трепетную деву, у которой нос от слез не краснеет и сопли не текут.