Пардус

Два небольших помещения служили Канто гостиной и спальней, еду он готовил в узкой импровизированной кухне. Там они и сидели с Гордеем, когда Никита вошел в гостиную.

— Он говорил с той девочкой и явно о чем-то догадывается. — Гордей как раз заканчивал начатую фразу, когда Никита толкнул дверь.

Легостаев застыл на пороге.

— Ты не пытался объяснить? — поинтересовался Канто.

— Как я могу объяснить ему то, чего сам не до конца понимаю? — печально произнес Гордей.

— Но когда-нибудь тебе придется это сделать, если хочешь, чтобы он и дальше доверял тебе.

— Я понимаю, — кивнул Лестратов. — Я расскажу ему обо всем, когда сам буду готов сделать это, но не раньше. Иначе он просто испугается.

— Ты его недооцениваешь. Парень пережил встречу с сиамскими близнецами и Цирцеей Сэнтери. Правда о тебе его не напугает, тем более что вы так долго знакомы.

Никита громко откашлялся и вошел в кухню. Ему не нравилось подслушивать разговоры людей, которым он доверял.

— Едва скажешь ""Цао-Цао"", Цао-Цао тут как тут! — встрепенулся старик.

— Цао это кто? — не понял Никита.

— Не заморачивайся, — отмахнулся Канто. — Садись.

Он заваривал душистый чай в небольших глиняных чашечках. Гордей сидел, скрестив ноги по-турецки, полностью погруженный в свои мысли. Никита обошел его и сел на свободное место. Стульями Канто не пользовался, гости располагались вокруг низенького стола на специальных ковриках прямо на полу.

Усевшись, Никита невольно поморщился от боли.

Канто расхохотался:

— Ты надолго запомнишь мой урок, мохнорылая балерина!

— Ничего, — пообещал Никита. — Когда-нибудь я вам тоже покажу, где раки выходные проводят!

— Экий наглец! На устах шуточки, а за спиной прячет острый нож!

— Когти! — уточнил Никита.

Он выдвинул острые когти на правой руке и подцепил ими печеньице в вазочке на столе. Гордей хмуро улыбнулся. Канто разлил чай по чашкам и придвинул их гостям.

— Так что же случилось? — спросил Никита у Гордея.

— Этим вечером на городском вокзале произошло нечто очень странное, — сообщил Гордей. — Пришел поезд из Праги, пассажирский экспресс. Один из вагонов оказался пустым, там не было ни единой живой души.

— И что тут такого? — спросил Никита, жуя печенье.

Он взял чашку в руки и, блаженно закрыв глаза, принюхивался к исходящему от нее аромату. Канто всегда заваривал вкусный чай.

— Когда поезд пересекал российскую границу, в вагоне были заняты все пассажирские места, — объяснил Гордей. — А при приближении к Санкт-Эринбургу люди просто исчезли.

Канто нахмурился. Никита опустил чашку.

— Куда же они делись? — удивленно спросил он."

"— Это и надо выяснить. Дело сильно заинтересовало ""Белый Ковен"". Такого в Санкт-Эринбурге еще не бывало. Наши агенты знают очень мало.