Пардус

Теперь, глядя в окно на панораму ночного города, Вадим Анатольевич пытался понять, кому он мог перейти дорогу. Есть ли у него с Морозовым общие враги? Не доберутся ли они до него, как добрались до Николая? И не следует ли заблаговременно обратиться в Департамент безопасности, рассказать обо всем и попросить о защите?

Любовь Ивановна была чем-то занята в приемной, он слышал, как она ходит по узкому помещению, открывает дверцы шкафов и двигает стулья. Она понятия не имела о том, что происходит, и занималась своими обычными рутинными делами.

Вот входная дверь скрипнула, и Бердникова вошла в его кабинет.

Вадим Анатольевич отвернулся от окна и взглянул на нее. Ему всегда нравилась ее исполнительность и преданность компании. Женщина давно вышла на пенсию, но не спешила увольняться, продолжая заниматься любимым делом. Она приблизилась к столу и положила перед Вадимом тонкую папку с бумагами.

— Вот то, что вы просили, — сказала она. — Отчет о нашей новой косметической серии. Тестирование закончилось с очень хорошими результатами. Мы совершим настоящий переворот на рынке!

— Спасибо, Любовь Ивановна, — сказал Канареев. — Я сейчас же с ним ознакомлюсь.

Женщина мимоходом бросила взгляд на комнатные растения в декоративных горшках на окне, какие-то полила, затем вышла, а он принялся изучать бумаги. Может, хоть это отвлечет его от мрачных мыслей?

Дверь кабинета отворилась снова.

Канареев оторвался от бумаг и хмуро глянул на вошедшего. Это был охранник, обычно дежуривший у парадного входа в штаб-квартиру ""Вейлы"". Парень ненавидел задерживаться на работе дольше положенного срока и явно хотел узнать, как долго еще президент собирается торчать у себя в кабинете. Догадка Канареева полностью подтвердилась.

— Вы скоро, Вадим Анатольевич? — мирно поинтересовался охранник.

Его лицо выглядело абсолютно бесстрастным, но Канареев знал, что парню не терпится побыстрее смыться.

— Можешь быть свободен, — сказал Канареев. — Только захлопни за собой дверь. Я еще немного посижу, а потом сам сдам офис под сигнализацию.

Охранник едва не подскочил от радости. Он быстренько попрощался и был таков. Канареев вернулся к своим бумагам.

— Если вы собираетесь еще задержаться, — заглянула в кабинет Любовь Ивановна, — я могу принести вам чего-нибудь перекусить, бутерброд или булочку. Собираюсь сбегать в магазин, а затем зайти в кафетерий.

— Это было бы очень кстати, — сказал Вадим Анатольевич. — И захватите с собой стакан кофе, будьте добры.

— Хорошо, — кивнула Бердникова. — Вернусь через двадцать минут!

Но, поглощенный изучением отчета, Вадим Анатольевич уже не слушал ее.

Когда внизу хлопнула входная дверь, он отодвинул от себя бумаги и устало закрыл глаза.