Пардус

— Думаю, нет нужды напоминать…

— У всех случаются промашки! — захлебываясь кашлем, прокаркал Той. — И не вам судить меня!

— Не ссорьтесь, господа, — примирительно произнесла Эмма. — Роберт Той — единственный, кто остался в живых из того подразделения. Нам было просто не к кому обратиться, кроме него.

Той расхохотался громким скрежещущим смехом.

— Я сделал вам большое одолжение, явившись сюда! Но могу и уйти! И разбирайтесь со всем самостоятельно!

— Довольно! — сказал Павел Васильевич. — Той, присаживайтесь! Мы не в том положении, чтобы отказываться от помощи специалиста. Тем более единственного.

Той свысока глянул на своего оппонента и опустился в свободное кресло.

Старик залпом выпил воду, предложенную ему Панкратом, и опять закашлялся. Теперь Никита разглядел его лицо. Роберт Той имел восточные черты и узкий разрез глаз.

Едва услышав фамилию ""Той"", Никита сразу вспомнил своего одноклассника Руслана. У высокого, темноволосого, зеленоглазого Руслана глаза были слегка раскосые. Отец его был корейцем, а мать русской. Не приходится ли он родственником этому самому Роберту Тою?

— Господин Той когда-то руководил военным институтом, где ученые проводили масштабные исследования по изучению способов воздействия на погоду, — начал генерал. — По заказу нашего министерства они пытались управлять погодой при помощи распыления химикатов, радиоизлучения и плазмы…

Точно! Руслан на экскурсии говорил, что его дед работает на метеостанции.

— Это что, шутка? — удивленно спросил Павел Васильевич.

— Отнюдь, — покачал головой генерал. — Военные полностью контролировали эксперименты. Ведь это сулило нам невероятные возможности. Настоящее погодное оружие! Над проектом работала группа выдающихся ученых того времени: сидящий перед нами господин Той, печально известный Владимир Штерн — в ту пору еще выдающийся химик, не увлекшийся генетическими экспериментами. Еще пара ученых, Шадрин и Громов, и, насколько мне известно, ваша жена Эльза, Павел Васильевич.

У Никиты отвисла челюсть. У прокурора Воропаева — тоже! Мать Ксении работала вместе с профессором Штерном?! Она трудилась над созданием погодного оружия?!

— Моя жена… — ошарашенно проговорил Павел Васильевич. — Вы что-то путаете, Валентин Яковлевич. Она работала в небольшом научном институте…

Он осекся на полуслове. Генерал выразительно на него посмотрел.

— Вот-вот, — спокойно подтвердил он. — В небольшом научном институте, подчиняющемся нашему военному министерству. Это был глубоко засекреченный объект, все его участники дали подпис ку о неразглашении. Вы продолжите, господин Той?

Старик кивнул и снова закашлялся.

— Проект носил название ""Колебатель земли"", — хрипло проговорил он, когда кашель прекратился.