Пардус

Размахнулся… Послышался громкий треск… И Дениса вдруг затрясло — другой конец трубы задел электрический щиток, расположенный на стене.

Щиток с треском разлетелся. Воробьев тяжело повалился на пол без сознания. А из глубины гаража, из самого сердца пожара, вдруг раздался жалобный вопль Авдеева. Вопль стих, и тут же по гаражу прокатился злобный хохот Савицкой. Она достала его. Затем стена огня расступилась, и Никита увидел Ядвигу.

Она шла с видом победительницы. В ее руке была зажата маленькая золотая карточка.

— Глупец! — сказала женщина. — Он так и не понял, что его сгубило!

Никита рванулся к выходу. Но было уже поздно — она его заметила. Путь ему преградила широкая полоса огня.

— Не торопись, мальчик мой! Дай мне хорошенько тебя прожарить!

В этот момент Денис Воробьев открыл глаза. Никита с ужасом наблюдал, как приближается Ядвига. А она смотрела на него с безумной улыбкой.

— А я ведь тебя предупреждала! Не суйся во все это! Но ты оказался слишком глупым… А может, слишком смелым? Знаешь, иногда это одно и то же!

В ее руке расцвел изящно изогнутый огненный цветок. И тут Денис с громким воплем вскочил с пола позади Савицкой, по-прежнему сжимая в руках трубу, и ударил Ядвигу по спине. Женщина рухнула на колени. Золотая карточка отлетела к ногам Никиты. Он тут же подобрал ее.

Огненный смерч закрутился вокруг озверевшей от ярости Савицкой и приподнял женщину над полом. Она обернулась к Воробьеву и схватила его за горло. Яркое пламя охватило обоих. Денис не успел даже пикнуть. На глазах потрясенного Никиты его тело просто осыпалось горстью пепла. Затем Ядвига повернула свои пылающие глаза к Легостаеву. Парень бросился бежать. Она устремилась за ним следом; языки пламени трепыхались за ее спиной.

Никита почувствовал на своей шее ее раскаленные пальцы. Его пронзила нестерпимая обжигающая боль. Савицкая прижала его лицом к кирпичной стене и злобно прошипела в ухо:

— Твоя очередь!

Но тут вдруг раздался громкий выстрел.

В стену в сантиметре от кончика носа Никиты вонзилась капсула, заполненная светящейся жидкостью. Ядвига отпрянула назад.

— «Спящая красавица»! — взвизгнула она.

Никита свалился на пол и тут же откатился в сторону.

— Кто стрелял?! — заметалась по гаражу Савицкая.

Но в горящем здании, кроме них двоих, никого не было.

— Все ясно! Кривоносов решил избавиться от меня! Ну погоди же, мерзавец! Твой юбилей станет последним событием в твоей жизни!

Никита, улучив момент, выдернул капсулу из стены и, зажав ее в кулаке, выбежал из гаража. Что было сил он понесся прочь от горящего строения. Савицкая отчего-то не стала его преследовать.

Холодные капли дождя слегка притупили боль от ожогов.