Пардус

— На кой черт ты опять в это влез? — поинтересовался он. — Совсем рехнулся?

— Боец меня попросил помочь, — пожал плечами Никита. — Я и согласился.

— То Боец, то Татьяна… Не живется тебе спокойно. А если тебя попросят с крыши спрыгнуть? Ты тоже согласишься?

— О Татьяне я стараюсь не думать, — вздохнул Никита.

— И хорошо. А то вместе бы огребли неприятностей! — ухмыльнулся Артем, водя кистью по ватману. — Помяни мое слово, ты еще пожалеешь, что связался с этой девчонкой.

— Да ничего я не связался, — возмутился Никита. — Я ее даже никуда не приглашал.

— А это и ни к чему! Вы с ней уже столько дров вместе наломали, что тут и свиданий не нужно.

— Хм, — Никита задумался. — Я понял, что мне сейчас не до свиданий. Не хочу снова подвергать кого-то опасности.

— Да ей все равно ничего не сделается. Она же неуязвима.

— Думаешь? — вскинул брови Никита. — Я хотел ее пригласить… Чтобы дать понять, что она мне интересна. А то она и дальше будет считать меня просто приятелем, а Василевский воспользуется ситуацией…

— Так вот что тебя беспокоит! — догадался Артем. — Что Василевский тебя обскачет и первым пригласит ее на свидание? Честно сказать, я думал, что они уже давно встречаются.

— Тебе показалось, — произнес Никита таким тоном, что Артем тут же решил не продолжать этот разговор.

— А недавно еще Тесса предложила встречаться, — пожаловался Легостаев. — Еле выкрутился.

— О, ну она давно об этом мечтает, — заметил Артем. — Я понял это еще во время Хеллоуина, когда она пришла с тобой на ту вечеринку.

— Ты бредишь! — возмутился Никита. — Все совсем не так.

— Именно так! А если ты до сих пор ничего не понял, то у тебя просто не все дома.

У Никиты вытянулось лицо.

— Не может быть, — неуверенно сказал он.

— Да все об этом догадывались, кроме тебя, Казанова недоделанный! Ну может, еще кроме Игоря, который обычно соображает медленнее остальных.

Алена сосредоточенно рисовала на гигантском куске картона древнегреческого бога Аполлона. В какой-то момент Вероника и Лариса заметили, что она рисует что-то не то. Аполлон получался чрезмерно упитанным, а его живот по количеству клеток напоминал шахматную доску.

— Эй! Не многовато ли ты ему кубиков на животе нарисовала? — спросила Лариса.

— Что вы ко мне пристали? — рассердилась Алена. — Не нравится, рисуйте сами!

— У мальчиков на животе не может быть столько кубиков, — заявила Вероника.

— Это художественное допущение! — сказала Алена. — Я знаю, что их двенадцать.

— Не двенадцать, а восемь! — воскликнула Лариса.

— Двенадцать! Мне точно известно!

— Восемь!

— Я думала, что шесть, — задумчиво проговорила Вероника.

— На что поспорим? — завелась Лариса.

— На пятьсот рублей! — оживилась Алена.