Параллельные прямые

— Ну ка, кто там у нас, — бабуля склоняется над малышкой, — Верочка, иди ко мне скорей. Господи, а худенькая какая… Кормить немедленно! А потом купать. И любить. Баловать. Не знаю Маша, где ты ее взяла. Но обратно нельзя отдавать. Посмотри под скулой у ребенка — гематома. Даже на темной коже заметно.

14

Милка бросила свои переговоры, прибежала из кухни, оттеснила бабулю, присела перед Верочкой на корточки. Мне ни одного вопроса, малышке — добрая, ласковая улыбка. Молодец Мила! Везучий я человек, Мишаня — моя радость и поддержка, бабуля — мудрейшая женщина, сестренка — самая понимающая.

— Я думала, куда у нас Маша убежала, она оказывается за принцессой ходила. — Мила погладила девочку по спутанным волосикам, покосилась на засаленную курточку, я ее зачем-то в руках держала.

— Мань, а в сумке, чего притащила? Если детские вещи, такие же как эта куртка, предполагаю их надо сжечь. Вместе с сумкой.

— Скорей всего. — соглашаюсь оглядываясь на антресоль, там должен быть Мишанин комбинезон с позапрошлого года, теплый, пуховый, поносим первое время, а там, куплю для крохи одежду новую.

Мишка тихонько дергает меня за рукав, привлекает к себе внимание:"

"— Мам, у тебя же теперь есть не сломанные сапожки, я деньги из копилки отдам, надо куклу и домик, и всякие платья. И кофточку без дырки. — Глубокомысленно изрекает мой взрослый сын.

— У меня две последние пенсии нетронуты, на необходимое хватит, — заверяет бабуля, теперь она отодвигает Милку, протягивает Верочке руку, — Пойдем мое солнышко, ручки помоем, и завтракать будем. Миша нам компанию составит, он тоже еще не завтракал, маму ждал.

Ребенок доверчиво хватается за протянутую руку, семенит из прихожей, между Мишаней и бабушкой, тапочки малышке сынок отдал свои — велики, с крохотных ножек свалиться норовят.

Манька! — Милка забирает у меня курточку, швыряет на сумку, — при детях не стала спрашивать….

— Мил, это Ленки Морозовой дочка, помнишь про Ленку рассказывала? Эта мразь, хотела ребенка на вокзале оставить. Девочка ожиданий не оправдала, Морозова считала, что родила ее от принца. Принц оказался нищим африканским гасторбайтером. В общем подробности потом. Малышку я себе забрала. Навсегда. Документы и отказ от ребенка, в сумке.

— Та-аак, понятно, что ничего не понятно. Маш, без обид, матери — одиночке, опеку никто не даст. — Кузина нагнулась над сумкой, расстегнула молнию, — мать твою…. Что за тряпье грязное? Маш! Ты только посмотри! — Милка выдернула из сумки, какую-то непонятную тряпку.

Я не стала рассматривать, зачем? Попросила Милу найти пакет с документами, а остальное содержимое оставить как есть. Отнесем на помойку.