Папа для Ромашки

Будто это наш последний поцелуй и в то же время первый, как при втором рождении. – Я так боялся тебя потерять… Прости, родная, что не уберег, – я даю волю слезам, не хочу сдерживаться. – Я люблю тебя, Варь. Никуда больше не отпущу. Весь дом охраной оцеплю, но к тебе никто не подойдет больше."

"Обнимаю его в ответ и прижимаю к себе. Любит… Я думала не дождусь никогда этих слов…

– Он жив. Врач нужен! – вздрагиваю и оборачиваюсь. Только не это. Бергмана обступили и не видно ничего.

Мне страшно. Снова начинает колотить. Будто он сейчас возьмет пистолет и закончит то, что хотел. Пока Ромин отец жив, мы всегда будем под прицелом.

Рома кривится от боли и сжимается.

– Что такое? Тебя ранило?

– Живот.

– Черт! Давай я помогу тебе, – поднимаюсь сама и ему помогаю встать.

– Что случилось? – к нам подбегает один из ребят в форме.

– Врач нужен.

Он подхватывает Рому под вторую руку и помогает мне вывести его наружу.

Вал на улице осматривает раненого мужчину.

– Валера! – окликаю его. Я понимаю, что там раненый, но у меня мужчина любимый мучается. Он мне важнее сейчас.

– Да, Варь, – оборачивается на нас. Мечется взглядом. – Присмотрите тут, я сейчас, – бежит к нам. – Ранен?

– Нет, – машет головой Рома, – живот.

– Варь, давай я, – перехватывает руку и помогает скорее дойти. – Ты как? – На ходу кивает мне.

– Замерзла, а так… перенервничала только.

– Капельницу с ношпой поставьте, – кивает врачу. – За ширмой сделайте, чтобы не видел укола. Варь, на… – протягивает мне плед, – укройся, побудь с ним, у меня там ранение сложное, надо бежать.

– Егор тут?

– Тут все.

Вал оставляет нас и убегает к тому пациенту.

Я остаюсь с Ромой. Прижимаюсь щекой к его руке. Главное, не ранен, с остальным справимся.

Пока ему ставят капельницу, опускаюсь лицом на плечо. Молча лежим, смотрим друг другу в глаза. А если бы не нашел меня? А если бы я погибла? Или он погиб?

– Варя! – слышу голос Вики и поднимаю голову.

– Вика тут?

– Да, – кивает Рома. – Это она тебя нашла. На меня бронежилет надела. – Если бы не она… – Иди, выйди к ней, а то не успокоится, пока не найдет нас. Со мной все в порядке. Тут вас подожду.

– Я быстро.

Выпрыгиваю из машины и бегу к Вике.

Обнимаю, снова плачу, слов просто нет. Они все застревают где-то в горле и не отпускают.

– Родная моя, – осматривает меня, поправляет плед, кутая, – как Рома?

– Спасибо, что спасла его. В него стреляли.

– А он между прочим сопротивлялся. Скажи ему там, чтоб в вопросах безопасности меня слушал.

– Как ты меня нашла?

– Потом расскажу, иди сюда. – Обнимает меня и прижимает к себе.

Возле другой скорой все столпились.

– Вал, как он? – Юра спрашивает про того мужчину в форме, что заступался за нас, которого “Бергман когда-то убил”.

– У него задета вена. Большая потеря крови.