Паноптикум

И тиски нитей сдавливались. Сбой системы. Непредвиденный сбой. Потому что меня выгибало, потому что просто выворачивало от каждой реакции тела на каждое движение его языка.

С моих губ мольбой его имя, когда вообще стало невыносимо и он… отстранился. Это до всхлипа, потому что это невыносимо и одновременно хочется, чтобы сломало, но он уже отстранился. Подался вперед, к моим губам. Вкус солоноватый, дурманящий бьющий по нервам почти до их щелчка.

Прижался бедрами между моих разведенных ног и меня снова под ним начало бить, от его резкого толчка, от кусающего поцелуя в шею, от понимания, что я уже ничего не понимаю. На мгновение отстранился, чтобы расстегнуть ремень, и я не смогла отвести взгляд от его пальцев. От его эрекции. Это подстегнуло, захлестнуло, заставило коленом толкнуть его бедро, подсказав отойти. Эмин отступил, дав немного пространства между нашими телами, и я соскользнула со стола вниз.

Неверными пальцами в бляшку, зубами в ствол, слегка прикусывая сквозь ткань и дурея от того, что он едва заметно вздрогнул. Плотнее сжала губы и протяжно выдохнула, напитывая ткань и кожу горячим дыханием, и ощущая, как его пальцы сжали мои волосы у корней и плотнее придвинули мою голову к своему паху, смазывая мне движение зубами по стволу вверх.

Хитроумная бляшка никак не хотела поддаваться. Я отшвырнула его руку, почти щелкнувшую ей. Рыкнула, потому что до моего ошалелого мозга никак не могло дойти, как расстегнуть. Он, недовольно выдохнув, снова протянул руку к ремню, пальцами второй руки ощутимо сжимая мои волосы. Я отстранилась от ствола и поддавшись вверх зло укусила его за основание большого пальца, заставив рефлекторно отдернуть руку, а второй уже до боли сжать мне волосы. Почти в тот же момент бляшка все-таки поддалась и я ослабила ремень. Тянущиеся годами миги, когда мои пальцы справлялись с его одеждой, и о да… Сжала пальцами у основания снова заставив его вздрогнуть и медленно приблизила губы, поднимая взгляд. Он дышал учащенно, глаза просто провалы в горячую тьму, и я, безотчетно улыбнувшись, издевательски медленно накрыла его губами едва не кончив от того, как он медленно откинул голову максимально назад протяжно и тихо выдыхая. Сжал волосы придвигая мою голову, подсказывая взять глубоко.

Насколько получилось. Вкус жара, похоти, секса, убийственно терпкий и опьяняющий. Скользила языком и губами по стволу назад, до чувствительной тонкой грани, надавила на нее языком и он снова отозвался едва заметной дрожью. Сжала его рукой и в одном такте, в одном ритме с головой, чувствуя, что мне неудобно сидеть на корточках, хочется развести колени, хочется сесть, потому что это невозможно жарко и горячо от прилива крови вниз живота.

Он задавал ритм и это было тяжело, рука не уставала, уставал язык.