Паноптикум

Я упиралась неверными пальцами в столешницу, инстинктивно теснее вжимаясь спиной в его грудь и движениями моего языка, отвечающего ему, руководило только ревущее в голове безумие отправившее сердце в галоп.

Его пальцы задрали ткань юбки до поясницы и с силой сжали мои ягодицы срывая. Стон. Ему в губы. Потому что удар вскипевшей крови внизу живота был просто невыносим.

И он вдруг резко и безапелляционно толкнул меня вперед. Снова к столу. Я успела взять упор на ладони и просто ошалела от звука рвущегося тонкого капрона колготок на моих ягодицах. Сразу же прижался бедрами, выдохнул мне в затылок и сжал предплечья, вжимая их в стол и вызывая дрожь от желания во всем теле.

И почувствовала его пальцы. Его левая рука под хлопок моей блузки до груди, правая кончиками пальцев по границе кружева белья на ягодице. Медленно. Ниже. Выбивая из меня душу. Потому что еще ниже. Туда, где ткань безнадежно намокла. Сверху по ней пальцами и одновременно обжигающий выдох мне в затылок.

Мир погружался в полыхающий и ревущий ад, когда его пальцы отодвинули ткань и коснулись. Пробно, осторожно, и получили в ответ на это сорванный стон от меня, сгорающей вместе с миром в его аду. Я прогнулась в пояснице от невыносимо горячей волны рванувшей из низа живота по всему телу, когда его палец резко внутрь.

Ноги стали ватными и он толкнул меня вперед, подсказывая взять упор на локти и ударяя пальцами внутри. Уже двумя. Ударяя сильно и кпереди. Срывая последние крупицы понимания происходящего в начинающийся рев пламени, собирающегося из обжигающего свинца утяжеляющего низ живота и горячим жаром расходящегося по спавшимся от огня венам.

Это дикое ощущение нарастало с каждым движением его пальцев.

А ритм все нарастал. Становился жестче, грубее. Меня рвало изнутри, толкало к пределу. И чем ближе к нему, тем труднее становилось дышать, сложнее глушить стоны убиваемого им тела. Он вошел во вкус, а я стала зависима от этого. Уловил момент, когда я была в милисекунде от оргазма, уже стянувшего все внутри в подготовке. Уловил момент и остановился. Это было самое жуткое ощущение в жизни, когда тело взвыло и заелозило, а нутро зло прорычало.

Он тихо, сбито выдохнул, сжал грудь и ударил пальцами второй руки особенно сильно в предпоследний раз. И в последний.

Меня не порвало. Нет. Меня разнесло изнутри.

Осознание мира в мелкодисперсную горячую пыль, тело в дикую неукротимую дрожь, когда меня захлестнуло цунами адского пламени, выкручивающего мышцы и жилы непередаваемым наслаждением.

Несколько секунд и растворение безумия в слабости, заполняющей тело и возвращающей разум на землю с ее правилами."

"О, это было просто охуенно. Меня довели до оргазма пальцами.