Пампушка для злого босса

Когда идём в сторону выхода, меня догоняет Ольга. Трогает за рукав пальто и сообщает, что Казанский собирается отправиться по делам. Видимо, понимает по выражению моего лица, что именно я думаю об этом, потому что добавляет быстро:

-Ты только не злись. Ему сейчас совсем плохо.

А я и не злюсь, но понимаю, что я так или иначе не настолько значимый человек в его жизни, как те, кто знает его годами. И это вполне закономерно, только мне от этого не легче. И сейчас снова возвращается тот самый эгоистичный страх, когда я отчаянно, до дрожи боюсь, что это будет наш с Алексеем конец.

- Я всё понимаю, - вздыхаю я, и Ольга растягивает губы в кривой улыбке.

- Пойдём сходим в кафе посидим? Не хочу никаких поминок. Остальные поймут.

Несмотря на то, что всё кругом вроде бы обычное, полное жизни, отголоски сегодняшнего дня, наверное, ещё долго будут меня преследовать. То, что ещё вчера показалось бы привычным, сейчас выглядит совершенно чужеродно, как будто я не могу быть частью всего этого.

- Я тебя не просто так позвала, - признаётся Ольга, когда мы устраиваемся за столиком и заказываем кофе. - Не только поболтать по-девчачьи, но и поговорить о Лёше."

"Интересно, как ей удаётся настолько хорошо держаться? Даже мне дурно от того, что произошло, а ведь она мать, ребёнок которой погиб. Но это просто хорошая мина - замечаю, как подрагивают руки Оли, как она нервно сминает ткань салфетки. Не выдерживаю, подаюсь к ней через столик и накрываю пальцы ладонью. И она выдыхает, словно бы разом становится меньше и незаметнее.

-Тебе Лёша этого не скажет никогда, но скажу я. То, что ты рядом - это... Это очень дорогого стоит, Вер. Я не знаю, что было бы с ним, если бы не ты.

Слышать это признание из уст женщины, которая родила Казанскому ребёнка, и которую он любил, пусть и в прошлом, довольно странно. Но одновременно её слова рождают внутри какое-то невероятное облегчение.

- Да, Лёша бы точно мне этого не сказал, - качаю я головой, пряча улыбку за глотком кофе.

- Он такой. Не во всём готов признаться, что чувствует.

Оля тоже отпивает кофе, молчит некоторое время, после чего выдаёт ещё более неожиданное:

- Ему ребёнок нужен.

- Кому?

Знаю, вопрос звучит более чем глупо, но удержаться от него не могу.

-Алексею, конечно.

- Он не хочет.

- Он думает, что не хочет. Но если у него будет сын или дочь... Знаешь, если бы я сейчас не могла прийти домой и обнять своих мальчишек, я бы наверное легла и сдохла.

- Мы говорили об этом. Он чётко дал понять, что не желает детей. Да и сейчас, наверное, совсем не время.

- Сейчас - да. Я о будущем.

Ольга замолкает, и я молчу тоже. Даже вот так сидеть вдвоём, не произнося ни слова - хорошо и уютно. Если бы только не миллиард мыслей. И ощущения чего-то настолько давящего со всех сторон, что хочется убежать и спрятаться.