Фантом памяти

"

"- Тороплюсь, - пояснил Телок с набитым ртом. - Надо напарника отпустить на ужин. Я тут за обедом с Аленой расчирикался, за временем не уследил, так мне таких... этих самых... - он проглотил вполне понятное слово, вставили по самые уши. Напарник - старший, а я пока на испытательном сроке, нарываться нельзя.

- А кто такая Алена?

- Как кто? Соседка твоя по столу. Ты что, не знаешь, как ее зовут? Ну ты даешь, Михалыч. Елена она, Алена, стало быть. - Н-да, парень, простота твоя кого угодно достанет. Сутки всего знаком с женщиной, которая к тому же старше тебя лет на десять, а уже Аленой называешь. Или ты знаком с ней не сутки, а гораздо, гораздо дольше? Прокололся ты, Телок. С тобой, таким недалеким, я легко справлюсь.

Едва Гриша отвалил, появилась Мимоза. Бледная, печальная. Ну прямо все умерли, никого в живых не осталось.

- А где наш друг и учитель Павел Петрович? - бодренько поинтересовался я, делая вид, что не замечаю ее расстроенного вида.

- К нему дочь приехала. Андрей...

- Да, Леночка? - я положил нож и вилку и вопросительно приподнял брови.

- Мне очень жаль, но я должна с вами попрощаться.

Естественно. Ничего другого я и не ожидал. Ай да Муся, ай да умница, на десять шагов вперед видит. Как точно она еще вчера спрогнозировала ситуацию: если ты убедишь их в том, что ничего не помнишь, генерала Маслова не знаешь и книгу про милицию не пишешь, они от тебя отстанут, а если Елена подставлена ими, то они ее отзовут за ненадобностью. Вот и отозвали.

- Что случилось, Леночка? - мой голос выдавал неподдельную озабоченность и огорчение.

- Мое лечение окончено, завтра утром я уезжаю домой.

- Вообще-то, глядя на вас сегодня, я бы не сказал, что вы полностью выздоровели, - заметил я, вполне, между прочим, искренне.

- Я и не выздоровела.

- Но вы же сказали, что лечение окончено.

- Да, лечение окончено. У меня больше нет денег, чтобы платить за него.

Что ж, хорошая отговорка. Пять с плюсом разработчику легенды.

- Мне жаль. Очень жаль, правда. Вы были такой приятной собеседницей, мне с вами было очень хорошо.

Ее губы дрогнули, глаза налились слезами. Мимоза судорожно сглотнула. Ну актриса! Это же надо так играть! Где ее ""Оскары""? Где ""Золотые пальмовые ветви"" Каннского кинофестиваля? Настоящие, а не глицериновые слезы крупным планом в нужный момент - это надо суметь. Ни в какой Америке таких актрис нет, только у нас, да и то не в кино, а в милиции.

- Спасибо, - едва слышно прошептала она. - Мне тоже было хорошо с вами, Андрей. Вы удивительный человек, ни на кого не похожий. И вы очень талантливы. Кто бы что ни говорил о ваших книгах - помните: вы очень талантливы. Когда вы напишете свою новую книгу о душе и разуме, ее обязательно издадут.