Не мешайте палачу

Недавно пришлось за отходящим поездом бежать, так я после этого часа два не могла унять сердцебиение.

– Как же вы работаете в уголовном розыске? – удивился Максим.

– С трудом. Мне с начальником повезло.

– Глупости, – прервал ее Заточный. – Не морочьте парню голову. Начальник ваш тут ни при чем. Запомни, Максим, для того, чтобы тебе прощали недостаточную физическую подготовку, надо иметь особые способности. Когда будешь таким же умным и талантливым, как Анастасия Павловна, тогда сможешь себе позволять не укладываться в нормативы. Но не раньше. И вообще не забывай, что ты мужчина. С тебя спрос другой.

Максим остановился, сделал несколько дыхательных упражнений и пошел рядом с отцом и Настей.

– Хорошо вам, женщинам, – вздохнул он.

Заточный недовольно поморщился, и Настя поняла, что дома Максиму предстоит выслушать воспитательную лекцию. Генерал растил сына один и не спускал ему с рук ни малейшего неверного слова, каждый раз не жалея времени на детальные и обстоятельные объяснения его неправоты. Насте доводилось как-то присутствовать при этом, и она знала, что Иван Алексеевич в таких случаях не скупится на образные и хлесткие фразы.

Через сорок минут они дошли до станции метро и расстались – Заточные жили неподалеку, а Насте нужно было ехать до «Щелковской». После прогулки она чувствовала себя бодрой, настроение поднялось, потому что предстояло решать очередную интеллектуальную задачку, а это, по утверждению Юры Короткова, было для Насти Каменской слаще самой сладкой конфеты. Но прежде чем обложиться бумагами, она позвонила Заточному.

– Иван Алексеевич, ваш седьмой номер – Евгений Шабанов, покойный имиджмейкер Президента. Он у меня получился какой-то неприкаянный. Первые шестеро легко собрались в группу, а Шабанов стоял особняком, он же вроде из команды Президента. То-то я все мучилась, не знала, что с ним делать.

* * *Михаил Давидович Ларкин любил комфорт, уют, тепло и неспешность. Он терпеть не мог суетиться и очень не любил, когда складывающаяся ситуация заставляла его нервничать. Ларкин знал твердо: нервозность и спешка отрицательно сказываются на проявлении его необыкновенного природного дара. Он увлеченно занимался в свое время под руководством Павла Сауляка, старательно изучал методики тренировок, не давая себе ни малейшей поблажки, когда эти тренировки требовали изматывающих длительных монотонных упражнений. Он довел свое мастерство до совершенства и очень дорожил этим. А всякие неприятности и болезни, как показала длительная практика, мгновенно отрицательно сказываются на силе его способностей.

Появление человека, претендующего на роль его нового руководителя, было для Ларкина именно такой вот неприятностью.