Не мешайте палачу

Ведь смотрите, что получается: кто-то использует ситуацию с маньяками и серийными убийствами, чтобы поднять скандал и добиться полной смены руководства правоохранительных органов. Похоже?

– Похоже. По крайней мере, именно об этом говорят ваши справки о смене кадрового состава.

– А вы их видели?

– И даже читал. Выпросил у Коновалова. Кстати, эти справки произвели на него неизгладимое впечатление."

"– Да ладно вам, – она махнула рукой. – Все зря оказалось. Я-то надеялась путем анализа кадровых перемещений вычислить палача, а он, судя по всему, вообще не из числа сотрудников. Столько работы псу под хвост. Иван Алексеевич…

– Да? Вы что-то хотели сказать?

– Нет, ерунда.

– И все-таки?

– Я же сказала – ерунда. Этого не может быть.

– Настенька, я вас не узнаю. Кто, как не вы, твердили мне, что так рассуждать нельзя. Кто, как не вы, сотни раз повторяли, что может быть все что угодно. Надо только придумать этому объяснение. Так что вы хотели сказать?

– Я хотела понять, что было сначала, а что – потом. Высматривались регионы, где есть громкие нераскрытые убийства, провоцировался скандал, под эту марку меняли руководителей и ставили других, карманных, и потом делали в этих регионах свои базы. Так?

– Вероятно. Очень похоже, во всяком случае.

– А не наоборот?

– Не понял.

Заточный остановился, прервав размеренную ходьбу, и повернулся к Насте всем корпусом.

– Я не понял, что вы имеете в виду.

– А что, если сначала были выбраны регионы?

– Вы шутите! Как это может быть?

– Вот видите, и вы не верите.

– Ну, Настенька, в это трудно поверить. Это уже на грани фантастики. Выбрать удобный для преступных целей регион и потом ждать, не случится ли там чего-нибудь из ряда вон выходящего, чтобы поднять скандал? Невероятно. А если не случится? Так ведь можно и до седых волос прождать.

– Иван Алексеевич, вы слишком хорошо думаете о людях. Вы романтик?

– А вы?

– Я скорее циник. И я готова поверить, что все эти громкие серийные преступления были совершены специально. Понимаете? Умышленно. Они были частью плана. И тогда мне понятно, что обязательно есть человек, который об этом знает и знает тех, кто эти преступления организовывал и исполнял. Я исходила из того, что для палача розыск убийц – это вопрос раскрытия преступлений. Поэтому и пыталась найти его среди сотрудников милиции, поэтому и думала ошибочно, что его жертвы – это кто-то из фигурантов, проходивших по оперативным материалам. А на самом деле это может оказаться всего лишь вопросом осведомленности. Это звучит чудовищно, да?

– Да уж, – хмыкнул Заточный. – В отсутствии фантазии вас не упрекнешь. Что ж, развивайте свою мысль. Кто такой этот ваш палач и почему он в таком случае уничтожает этих наемных убийц?

– Боится разоблачения.