Не мешайте палачу

 – Нынче вошло в моду сдавать своих друзей и помощников. Я вот думаю, говорить Настасье про Минаева или не надо пока. Как ты считаешь?

– Я бы сказал. Глядишь, она что-нибудь и придумает.

– Придумает, – передразнил его полковник. – Конечно, тебе только это в голову и приходит. Привык относиться к ней как к аппарату для производства идей. А о том, что она испугается, ты не подумал? У нее, между прочим, тоже нервы есть. Как бы ты себя почувствовал, если бы узнал, что тебя могут использовать как разменную карту в игре между Думой и ФСБ?

– Наверное, плохо, – согласился Коротков. – Но вы Аську со мной не равняйте, она другая. Ей чем труднее – тем интереснее. У нее голова по-другому устроена.

– Да речь идет не о том, что труднее, а о том, что опаснее, – с досадой ответил Гордеев. – Ладно, я принял решение. Настасье пока ни слова. Где Селуянов?

– Бегает, – пожал плечами Коротков. – Где же ему быть? На задании.

– Как появится – сразу ко мне. Оба. И молчи, ради Бога, Коротков. Я знаю, ты с Настасьей дружишь много лет, и у тебя появилась отвратительная привычка все ей рассказывать и всем сразу же делиться. Хоть слово ей вымолвишь про Минаева и Чинцова – башку оторву вместе с ногами и уволю к чертовой матери. Уяснил?

После ухода Короткова Виктор Алексеевич еще какое-то время посидел в задумчивости, потом решительно поднялся, надел пальто, запер кабинет и покинул здание на Петровке.

* * *– Как тебе моя Анастасия? – спросил Виктор Алексеевич. – Жалоб нет на ее работу?

– А ты, можно подумать, приехал для того, чтобы об этом спросить, – отпарировал Коновалов. – Не темни, Виктор. Какая нужда у тебя?

– Нет, Александр Семенович, это у тебя нужда, не у меня. Но я, памятуя нашу с тобой старую дружбу, а также тот факт, что ты все-таки являешься моим начальником, хоть и не прямым, сам к тебе приехал.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересованно проговорил Коновалов. – Послушаем.

– Ты зачем же, Александр Семенович, девочку мою подставляешь, а? Я разве для этого ей твое задание поручил? Неблагородно ты поступаешь.

– А попонятней можно? – насторожился начальник главка.

– Нельзя попонятней, – сердито откликнулся Гордеев. – Сам ничего не понимаю. Кто такой этот твой Минаев?"

"– Как это – кто такой? Я же вас знакомил.

– И давно ты его знаешь?

– Сто лет. Или девяносто. В общем, давно. В чем дело-то, Виктор?

– А в том дело, Александр Семенович, что твой Минаев просил защитить Павла Сауляка и ссылался на происки неких врагов. Мы ему поверили, Анастасию отрядили Павла спасать, она успешно твое поручение выполнила и привезла его прямо в жаркие объятия генерала Минаева, при этом отметив, что Павла действительно выпасали какие-то люди, причем весьма настойчиво.