Палачи и герои

Но как?

Недели две люди Дантиста рыли в месте предполагаемой потери архива носом землю. Опрашивали окрестных жителей, но места там были малонаселенные, а запуганные селяне мечтали об одном – не глядеть дальше собственного носа.

А потом начались сюрпризы. Приятные или неприятные – это еще вопрос. Откуда-то из небытия стали возвращаться новые призраки.

На связника в районе поиска вышел человек и передал весточку от Адвоката. Назначил следующую встречу в лесу. Предупредил, чтобы на следующий разговор пришел кто-нибудь один. Потому как лес его дом родной и всякие хитрые происки он увидит за версту.

Дантист решил рискнуть и направил в указанное место своего близкого помощника по кличке Орел, тонкая шея и горбатый нос которого делали его похожим на эту птицу. Приказал не предпринимать никаких силовых мер и просто выслушать информатора.

Посланник скоро вернулся со странными новостями. Получалось, что Адвокат единственный, кто уцелел из зондеркоманды. Его подобрали добрые люди, и в лесу он пошел на поправку. Но теперь болезнь вернулась. Ему совсем плохо, и он просит его забрать, спасти от гибели.

– Значит, плохо ему стало, подонку, – выслушав известие, пробурчал Дантист."

"Или это игра НКВД. Или Адвокат действительно смог спастись. Решил отлежаться до конца войны. Но сейчас действительно приперло. Боится сдохнуть без лекарств. Вот и вспомнил о боевых товарищах.

– Все бегуны в леса поглубже норовят зарыться, – разговорился на очередной встрече добровольный информатор – сухой, жилистый дед лет семидесяти, всю жизнь проведший на свежем воздухе и за физической работой. – И все ко мне в избу. То ваш друг. То еще один, из полицейской команды. Его автомобильную колонну русские разбили. А он выжил. Ни единой царапинки.

– Что за колонна? – напрягся Орел.

– Да бежали они тогда из Ровно. Что-то там везли. Кацапские пушки их к праотцам и отправили.

Орел отлично знал о розыске архива, и сердце его екнуло.

– Колонна, говоришь. А как с полицаем этим повидаться?

– Он по лесам хоронится. Но ко мне заглядывает. И говорил, что тоже не прочь разговор серьезный вести с патриотами Галиции.

– Почему сам не идет к нам?

– Говорит, что только с теми, чьи слова вес имеют, говорить готов. Чумной он какой-то. Крови человечьей перепил. А она, знаешь, на голову влияет.

Личность информатора Безпека установила без труда. Это был лесничий, который и при поляках, и при большевиках, и при немцах занимался одним делом – берег бескрайние Тернопольские леса и был там как бы за лешего. ОУН он оказывал посильное содействие еще при поляках, укрывая боевиков от полиции. В документах местной структуры ОУН проходил как сочувствующий.