После падения

– Нет, не изменил, так что…

– Это очень важный для тебя день. Последние три года…

– Мне все равно. Я не хочу идти. Я согласен получить диплом по почте. Я не пойду, и это не обсуждается.

Блуждаю взглядом по стене за его спиной, где висят многочисленные рамки. Эти сертификаты и дипломы свидетельствуют о его многочисленных достижениях и, судя по тому, как отец ими гордится, всегда будут значить для него больше, чем когда-либо будут значить для меня.

– Обидно это слышать, – говорит он, продолжая созерцать рамки. – Но я больше не буду спрашивать.

– Почему тебе так важно, чтобы я пошел? – решаю я спросить.

Напряжение нарастает, атмосфера накаляется, но внезапно черты его лица разглаживаются, и я понимаю, что момент тишины между нами закончился.

– Потому что, – медленно выдыхает он, – было время, довольно долгое время, когда я понятия не имел… – еще одна пауза, – чем это все обернется.

– Объясни.

– Ты уверен, что у тебя есть время на это?

Он бросает взгляд на мои разбитые кулаки и пятна крови на джинсах. Я знаю, что он на самом деле имеет в виду. «Ты достаточно психологически устойчив, чтобы начинать этот разговор?»

Конечно, надо было сменить джинсы. Но утром мне ничего не хотелось делать. Я в буквальном смысле скатился с кровати и поехал на учебу.

– Я хочу знать, – сурово отвечаю я.

Он кивает.

– Одно время я вообще не был уверен, что ты окончишь колледж, учитывая все неприятные истории, в которые ты постоянно попадал.

Перед глазами мелькают воспоминания: драки в барах, магазинные кражи, плачущие полуголые девушки, жалобы соседей и обескураженное лицо матери.

– Я знаю, – соглашаюсь я. – По правде говоря, я и сейчас влипаю в неприятности.

Отец взглядом дает понять, что ему неприятно мое легкомысленное отношение к тому, что являлось его постоянной головной болью.

– Не так, как раньше. С тех пор как встретил… ее, – спокойно замечает отец.

– Она – источник всех моих неприятностей, – отвечаю я, потирая шею и осознавая, что я полное дерьмо.

– Я бы так не сказал.

Он прищуривает свои карие глаза, поигрывая верхней пуговицей на жилете. Секунду мы сидим в тишине, не зная, что сказать.

– Я так виноват перед тобой, Хардин. Не знаю, что бы я делал, если бы ты не окончил школу и не поступил в колледж.

– Ничего. Ты бы продолжал жить своей идеальной жизнью здесь, – огрызаюсь я.

Он вздрагивает, как будто я его ударил.

– Это неправда. Я хочу для тебя лучшего. Я не всегда давал тебе знать, я понимаю, но твое будущее для меня очень важно.

– Поэтому ты и пристроил меня сюда?

Мы никогда не обсуждали эту тему, но я точно знаю, что он использовал служебное положение, чтобы меня приняли в его чертов колледж. Я все равно ни хрена здесь не делал, и мои оценки это доказывают.