После падения

– Что ж, разберемся с этим позже.

– Конечно. – Он упрямо ухмыляется, но, смягчившись, целует меня в лоб.

– Помнишь, как ты говорил, что есть разница между тем, чтобы любить кого-то, и тем, чтобы не представлять без него своей жизни?

– Я не хочу даже слышать эту фразу больше, честно.

Я убираю со лба его влажные волосы.

– Ты сам это сказал, – напоминаю я. Кончиками пальцев я провожу вокруг его носа, по контуру пухлых губ. – С тех пор я очень много об этом думала.

– Почему? – Хардин стонет от досады."

"– Потому что у тебя были причины так сказать, разве нет?

– Со злости, вот и все. Я даже понятия не имею, что это означает. Просто сдурил.

– Ну, в любом случае я продолжаю об этом думать. – Я нежно щелкаю его по кончику носа.

– Ну а я хочу, чтобы ты перестала, потому что никакой разницы нет, – задумчиво замечает он.

– Как так?

Он слегка улыбается:

– Я не могу без тебя жить, и я люблю тебя; эти вещи идут рука об руку. Если бы я мог жить без тебя, то я бы не любил тебя так сильно, как люблю. И я точно не могу находиться вдали от тебя.

– Допустим. – Я сдерживаю смешок.

Он замечает это.

– Я знаю, ты не рассказываешь обо мне… Ты чуть задницу не порвала, когда взялась за меня после того, как я приехал.

Даже в темноте вижу его широкую улыбку, и у меня перехватывает дыхание: он такой милый! Когда он становится таким, бесхитростным и умиротворенным, для меня нет ничего лучше во всем мире.

– Я знала, что ты помучаешь меня за это!

Я толкаю его в голую грудь, он вскидывает руку и ловит мое запястье своими длинными пальцами.

– Ты снова пытаешься мне грубить? Вспомни, чем это закончилось в последний раз.

Он приподымает голову с матраса, и по моему телу начинает разливаться тепло, начиная от уже раскрасневшихся бедер.

– Ты можешь остаться еще на один день? – Я пропускаю мимо ушей его замечание о грубости. Мне нужно знать, будет ли у нас завтра больше времени, чтобы мы смогли посвятить оставшиеся утренние часы… ну… всяким неприличиям… Пожалуйста! – добавляю я, утыкаясь лицом в его шею.

– Хорошо, – говорит он.

Я чувствую лбом, как шевелится его скула, когда он улыбается.

– Но только если ты снова завяжешь мне глаза.

Быстрым движением он обхватывает меня за спину и переворачивает так, что я оказываюсь под ним. Секунду спустя мы растворяемся друг в друге… снова и снова…

Глава 100

ХардинКимберли сидит на кухне за столом и завтракает. Она без макияжа, волосы зачесаны назад. Кажется, я ее еще ни разу не видел без тонны штукатурки. Наверное, она стерла всю эту дрянь ради Вэнса, потому что без нее выглядит намного лучше.

– Посмотрите-ка, кто наконец проснулся, – щебечет она.

– Да-да.

Я тяжело вздыхаю и иду к кофемашине, стоящей на краю темной гранитной столешницы.