После падения

Воспоминания затапливают измученный мозг: первый раз, когда я сказал ей, что люблю ее, а затем отказался от своих слов; свидание с блондинкой, которой я пытался заменить ее; то, как я себя чувствовал, когда увидел, что она, прочитавшая мое письмо, стоит в дверях.

Я перечитываю собственное послание.

«Ты любишь меня, хотя и не должна, и ты нужна мне. Ты всегда была нужна мне и всегда будешь. Когда ты на прошлой неделе от меня ушла, я чуть не умер и был совершенно потерян. Без тебя я был полностью опустошен. На прошлой неделе я ходил на свидание. Не собирался тебе об этом говорить, но не могу больше тебя терять, что-либо скрывая».

Пальцы дрожат, я почти рву бумагу, но удерживаюсь, чтобы дочитать.

«Знаю, что ты сказала это лучше, чем я. Я не романтик и никогда не напишу тебе стихи и не спою песню, я не такой. Я не могу обещать тебе, что не причиню боли, но могу поклясться, что буду любить тебя до самой смерти. Я ужасный человек и не заслуживаю тебя, но надеюсь, что ты дашь мне шанс снова заслужить твое доверие. Прости меня за всю ту боль, которую я причинил, хотя я пойму, если ты не сможешь этого сделать».

И она это сделала. Она меня простила. Она всегда прощала мне все оскорбления, но не в этот раз. Я должен был заслужить ее доверие, но вместо этого причинял ей боль снова и снова.

Быстрыми движениями рву это жалкое несдержанное обещание. Обрывки падают, кружась в воздухе, и застывают на холодном полу в странном узоре.

Смотрите! Я все уничтожил! Я знал, как много значит для нее эта бумажка, а я превратил ее в кучу мусора.

– Нет! Нет, нет, нет!

Я встаю на корточки, отчаянно пытаясь собрать кусочки и восстановить листок, но кусочки слишком мелкие и никак не встают на место. Я снова бросаю их на пол, глядя, как они рассыпаются в разные стороны. Наверное, это похоже на то, что она чувствовала, пытаясь вернуть меня. Я встаю и пинаю обрывки ботинком, затем быстро нагибаюсь, снова собираю их и складываю кучкой на столе. Прикрываю их книгой, чтобы не разлетелись, и вижу, что схватил «Гордость и предубеждение». Черт, ну разумеется!

Ложусь на кровать и тупо жду писка входной двери, который будет означать ее возвращение. Я буду ждать час за часом, но сигнал никогда не прозвучит.

Глава 54

ТессаЯ вру Стеф. Не хочу никому рассказывать о своих проблемах, особенно сейчас, когда у меня нет ни единого шанса повлиять на происходящее. Именно поэтому я и позвонила именно ей: Лэндон слишком в теме, и мне больше не хочется его беспокоить. Других вариантов у меня нет, и это естественно, когда у вас один-единственный друг, да и тот сводный брат вашего парня.

Впрочем, уже бывшего парня…

Поэтому, когда Стеф начинает озабоченно распрашивать меня по телефону, быстро отвечаю:

– Нет-нет. Все в порядке.