После падения

Джейсон берёт меня за руку, подносит к лицу и касается губами моих пальцев.

– Я должен рассказать тебе кое-что, – всё ещё не выпуская мою руку, произносит он.

В его глазах странный блеск, будто он едва сдерживает себя. Я невольно напрягаюсь – боюсь плохих новостей. Не уверена, что готова выдержать ещё какое-нибудь потрясение.

– Перед тем, как я улетел в Нью-Йорк, ко мне пришла Фиона…

Вздох срывается с моих губ, а плечи поникают. Вот в том, что смогу мириться с ней, я как раз и сомневаюсь.

Казалось бы, она ведь тоже жертва, я как никто должна сочувствовать ей. И мне её жаль, но я всё равно не могу преодолеть свою неприязнь к ней.

– Мы попрощались, Сара, – уверяет меня Джейсон, видя мою реакцию. – Фиона всегда останется частью моей семьи, но ничего выходящего за рамки этого не будет. Я сказал ей это, сказал, что люблю тебя, и для меня нет ничего важнее тебя и ребёнка. И она всё поняла.

– Правда? – я ничего не могу сделать с сомнением в голосе.

– Да, – Джейсон кивает. – И тогда она рассказала мне кое о чём.

Он делает вздох и проводит рукой по нижней губе, прежде чем продолжить.

Мой взгляд невольно опускается на его рот. Хочу поцеловать его. И не только. Но сейчас не время.

– Я не делал этого, Сара, – слова срываются с его губ с таким облегчением, будто весят целую тонну. – Я не насиловал её. Ничего той ночью не было, кроме того, что я отрубился в её комнате.

Невероятно! Наверное, моя челюсть сейчас где-то в районе пола. О чём он говорит?

– Как… Как это?

– Фиона лгала, все эти годы. Пока я думал, винил себя за то, что разрушил её жизнь, всё это было обманом, – он с горечью разводит руками. – Она хотела привязать меня к себе, и ей это удалось.

– А беременность? – всё ещё находясь в шоке, спрашиваю я. – Беременность была настоящей?

– Да, но ребёнок был не мой. Фиона призналась, что однажды они с подругой пошли на студенческую вечеринку, притворившись старшеклассницами. Там она впервые выпила и оказалась в постели с каким-то парнем, которого после никогда не видела. А когда я отключился в её комнате, она решила сочинить историю, так как была влюблена в меня, – Джейс невесело хмыкает, потирая ладонью лицо. – Потом ей сделали операцию, она даже не знала, что беременна, и она вновь солгала, сказав, что это от меня.

– Вот дрянь! – прикрыв глаза, с отвращением цежу я. А я ещё и жалела её! – Она видела, как это давит на тебя долгие годы, но ничего не говорила?! – мои глаза полыхают яростью. Не удивлюсь, если сейчас огонь из ноздрей повалит. – Я убью её! Только пусть попадётся мне!

– Успокойся, – Джейсон берёт моё лицо в свои руки и большими пальцами ласково гладит щёки. – Тебе нельзя волноваться.

– Но мне просто… – я поджимаю губы, шумно сопя. – Это несправедливо! – кладу ладони поверх его рук.