Падение Ворона

 – Позвоните ему, он подтвердит!

– Знаем мы, чья ты жена! – не оборачиваясь, сказал Колхозник. – Ворону тоже ответ держать придется!

Голова кружилась, важных спасительных мыслей в голову не приходило, да и вообще никаких. Она чувствовала себя будто под наркозом провалилась в спасительное полузабытье. Машина шла по ровной дороге, потом прыгала по кочкам. Через некоторое время – Марина затруднялась бы сказать – через какое, «Волга» остановилась.

– Вытряхайся! – приказал Мясник.

Колхозник открыл дверцу снаружи и помог Марине выбраться из машины. Шея и левая рука сильно болели. Она осторожно повернула голову и осмотрелась. Они находились внутри бетонного помещения. Судя по размерам и отсутствию отделки стен, это был гараж. Впереди, на цепи свисал крюк, к стене были приделаны две пары наручников…

«Пыточная!» – с ужасом подумала она, вспомнив многочисленные бандитские фильмы. Она переступала босыми ногами на бетонном полу, ощущая волну теплого воздуха от электрического обогревателя. И надежды на то, что откуда-то появится спаситель, у нее не было.

– Доставили, значит! – прохрипел незнакомый голос, она вздрогнула и повернулась."

"Справа стоял продавленный диван, на котором сидело страшного вида существо. «Франкенштейн!» – выплыла мысль из глубин подсознания. Высокое, сутулое, с длинными, как у орангутанга, руками… Выдвинутая вперед челюсть, низкий покатый лоб, маленькие мутные глазки, железные зубы щерились в улыбке… Существо было в мятых грязных брюках и рубашке с короткими рукавами, открывавшими многочисленные татуировки: пронзенные стрелами и мечами сердца, худосочного черта, сидящего на полумесяце с гитарой… Но это был не Франкенштейн, а Гангрена. И кто из них лучше, а кто хуже – большой вопрос.

– Раздевайся, цаца! – рявкнул сзади Колхозник и в один миг сорвал с Марины пиджак и блузку. А Мясник ухитрился мгновенно избавить ее от юбки.

– Подождите, – остановил их Гангрена. – Вначале поговорим о деле. А потом развлекайтесь!

Ноябрь 1991 г., Карна

Ворон стоял у окна на втором этаже нового, ещё не обставленного мебелью дома, и смотрел на бескрайнюю синеву. На море был штиль, и в душе у Ворона тоже царило спокойствие. Солнце ещё не зашло, а в небе уже хорошо была видна белая, почти полная луна. Мягкий, не напрягающий глаза свет наполнял этот вечер. Несколько катерков возвращались с моря к берегу. Ворон открыл окно и жадно вдохнул свежий морской воздух.

Дом стоял на холме, и до моря от него было далековато. Но это важно для курортников, а не для местных жителей.