Падение Рыжего Орка

 — И что мне с вами делать, Тихие?

— Так вы все уже сделали, Глеб Николаевич. Осталось благодарность принять.

Заведующий помолчал. А потом неохотно кивнул.

— Ладно. Убедил. Спасибо.

Одну победу Тин одержал. Со вторым делом сложнее.

— Еще один вопрос обговорю, можно?

— Ты целую речь подготовил, я смотрю. Прямо как нобелевский лауреат, — Самойлов откинулся в кресле и не удержался — взял подарок в руки. Какая работа. Какая чеканка. Сейчас так не делают. — Вещай, давай.

Тихон вздохнул. Он собирался сказать Самойлову-старшему то, что уже сказал младшему. Но с Вариным отцом говорить на эти темы не в пример сложнее, чем с ее братом.

— Глеб Николаевич, мы с вами оба знаем, что я вам жизнью обязан. Если бы не вы — сейчас я бы тут не стоял. Хотите, не хотите — а вы мне как… второй отец.

Глеб Николаевич молчал и смотрел внимательно. Даже подстаканник обратно на стол отставил.

— Собственно, по большому счету, я весь с потрохами вам принадлежу. И если что-то вам нужно… Лично вам… или что-то для отделения… для больницы. Вы скажите. Любые деньги. В пределах того, чем я владею.

— Прямо так и подмывает выписку из банка попросить. Оценить, так сказать, какое счастье мне привалило и чем я теперь могу распорядиться, — наконец-то отреагировал Самойлов.

— Я серьезно!

— Да по лицу видно, что серьезнее некуда. Ничего не надо. Ты VIP-палату оплатил, подарок доктору сделал, подарок мне понравился. Все — совесть твоя чиста. Остальное — блажь.

— И все равно, — Тин упрямо продолжил. — Вы подумайте. Я для вас все, что попросите, сделаю, — и, после паузы и тише. — Кроме одного.

— Ну-ка, ну-ка… Заинтриговал. Чего же это меня лишили?"

"— Я… — и, решившись, на одном выдохе. — Я люблю вашу дочь.

Пауза в этот раз вышла еще более долгой. Заведующий складывал и раскладывал дужки у очков.

— Ну и дальше что?

— Я не знаю, в курсе вы или нет…

— Что ты подлец и мерзавец? Извещен.

Тихону показалось, что он сейчас покраснеет. Это было бы глупо и некстати. Но взгляд все же отвел. Посмотрел в пол у своих ног. А потом поднял голову.

— Да, все так. Но без Вари не могу. И не хочу. Без нее… как вы говорили? Все неправильно без нее. Так что… вот.

— Что — «вот»? Это была декларация о намерениях? Ладно, я ее выслушал. Что еще?

— То есть… вы не против? — Тин немного растерялся.

— Против чего? Чтобы ты Варьку любил? Так тут запретишь разве… — Самойлов встал из-за стола и повел плечами, поморщился. — Варвара у меня девица взрослая, умная, самостоятельная. У нее своя голова на плечах есть, разберется, что с тобой делать. Ты только один момент учти в своей декларации о намерениях. Если узнаю, что Варя из-за тебя плакала… хотя бы еще раз… Я, знаешь ли, страсть как не люблю женские слезы, Тихон. В общем, лучше тебе не знать, что я тебе оторву и куда засуну.