Эффект домино. Падение

Присаживаюсь рядом с ней и шутливо треплю по макушке.

— Эй, ну ты чего? Я совсем не это имела в виду. И он тоже! Просто… Ты очень скромная, ответственная, и с тобой я с нулевой вероятностью вляпаюсь в какие-нибудь неприятности. К тому же, ты безумно похожа на Мерил Стрип в молодости. Думаю, у тебя язык не повернётся назвать её уродиной, так ведь? — Игриво толкаю её плечом и, наконец, вижу, как её губы растягиваются в улыбке.

— Привезёшь мне сувенирную статуэтку Оскар прямиком из Города Ангелов?

— Ради тебя я даже лягу морской звездой на Голливудской аллее славы!

Мне везёт, как утопленнику, потому что в желании сэкономить, я купила билет на самый дешёвый рейс самого некомфортабельного автобуса. К счастью, мне достаётся место у окна, но рядом со мной садится настолько тучная мексиканка, что я оказываюсь зажатой между ней и стеклом, как в механическом прессе. В и без того душном салоне становится невыносимо жарко. Чувствую, как топ и шорты начинают липнуть к телу, а эта тётка сидит с таким невозмутимым видом, что я начинаю сомневаться в том, что она вообще меня заметила. Прислоняюсь лбом к окну, чтобы создать хоть какое-то пространство между нами, и закрываю глаза в надежде уснуть и проснуться на конечной станции.

Вздрагиваю от гвалта мужских голосов и хохота и не сразу замечаю, что сижу уже одна. По пустынному пейзажу за окном понимаю, что мы находимся где-то на границе с Мексикой, и мои догадки тут же подтверждает испанская речь прямо за моей спиной. Оглядываюсь и вижу двух парней примерно моего возраста, один из которых подмигивает мне, награждая сальной улыбкой. Второй, не стесняясь, пялится на мою грудь, и я тут же спешу отвернуться, чтобы они не расценили мой секундный интерес, как призыв к действию.

Мне становится не по себе, особенно когда я понимаю, что больше половины пассажиров выглядят, как портовые рабочие, и я выделяюсь на их фоне, словно рождественская ёлка на центральной площади. Они то и дело бросают на меня плотоядные взгляды и обмениваются пошлыми фразами, думая, что я не понимаю их. Испанский — мой второй язык, болваны. Несмотря на душегубку надеваю свитшот, рукава которого были завязаны на поясе. Так себе решение, конечно, но лучше потеть, чем провоцировать озабоченных мужланов.

Делаю вид, что не понимаю его, и, отрицательно покачав головой, отворачиваюсь к окну. Парень, до которого, видимо, дошло, что ему ничего не светит, спустя пару секунд пересаживается к своему другу. На всякий случай ногой придвигаю свою сумку с перцовым баллончиком поближе и перевожу взгляд в окно, за которым уже начинает смеркаться. В автобусе тоже становится чуть свежее, что приносит невероятное облегчение.