Королева в ожидании

Но графине фон Платен придется остаться в Ганновере, потому что, по-моему, если она будет сопровождать вас в Лондон, англичане подумают, что три женщины – это многовато."

"Георг взвешивал сказанное министром и вспоминал, как красивая графиня спряталась в его спальне в халате, накинутом на голое тело, и умоляла его оказать ей честь и не отдавать всю привязанность двум пожилым дамам. Ее появление тогда очень насмешило курфюрста, что редко с ним бывало, и он восхищался ее ловкостью. Она красивая женщина, но в Англии, должно быть, много красивых женщин, слегка отличающихся от немок, потому что иностранки всегда чуть другие. А он только изредка любил разнообразие. Шулемберг и Кильманзегге – для того, чтобы удовлетворить привычку, а несколько новых леди внесут перемены.

Все женщины очень похожи друг на друга. К тому же у Платен была склонность совать нос не в свои дела. А по правде говоря, ему никогда не нравились проныры.

И он согласно кивнул министру. Будет так, как предложил Берншторф.

Георг пришел в апартаменты Эрменгарды и нашел ее в слезах. Он удивился, потому что в его присутствии она редко проявляла какие-нибудь чувства, кроме радостной услужливости.

– В чем дело? – спросил он.

Она попыталась улыбнуться, но ей не удалось.

– Я боюсь за вас. Вдруг что-нибудь случится.

– Что может случиться?

– Вы собираетесь в Англию как король. Совсем недавно они обезглавили одного из своих королей, а еще одного выгнали из страны. Если бы он остался, то тоже, наверно, потерял бы голову.

Он с нежностью посмотрел на старую любовницу. Ради него она даже постаралась выучить историю.

– Они не посмеют убить меня.

– Но могут попытаться. Давайте лучше останемся в Ганновере. Какая для вас разница, курфюрст вы или король?

Она всегда беспокоилась о нем. Ему вдруг пришло в голову, что Эрменгарда одна из тех немногих в его жизни, кто искренне любит его.

– Убийцы короля на моей стороне, – с важным видом объявил он. – Так что, видишь, тебе не о чем беспокоиться.

– Я поеду с вами, – сказала она.

– Поедешь, – согласился он и сделал знак, чтобы она раздевалась. Он терпеть не мог тратить время на слова. Эрменгарда знала, зачем он пришел в этот час. Ведь он уже долгие годы приходил в одно и то же время. Георг не любил менять привычки.

Она послушно поднялась. Ее привлекательность – в покорности. Полная противоположность заносчивой Софии Доротее.

«Если бы Эрменгарда была моей женой, – мелькнула у него мысль, – мы бы жили в полном согласии и, несомненно, при таких длительных отношениях имели бы целый выводок детей».

И когда бы он проезжал по улицам Лондона, она бы сидела в королевском экипаже рядом с ним, и люди бы приветствовали его.

А теперь они будут вспоминать о жене, которая сидела бы рядом с ним, если бы не томилась в тюрьме.