Мёртвое озеро

Снова чувствую затылком горячее дыхание. Мне кажется, что прямо у меня за спиной клацают зубы.

Потом я выбегаю наружу, в душную темноту, и отчаянно ищу, где припарковала свой «Джип». Найдя его, снова проверяю камеры, потом кладу включенный планшет на пассажирское сиденье и со всей возможной скоростью мчусь от аэропорта до Стиллхауз-Лейк. Звоню Сэму и извещаю его, что я уже в пути.

Когда обстановка на дороге позволяет, я кидаю взгляд на экран планшета и стараюсь уверить себя, что с моими детьми все в порядке, никто до них не добрался… И всю дорогу вспоминаю ту зловещую, призрачную улыбку на разбитом лице Мэла.

Эта улыбка говорит мне, что для него еще ничего не закончилось.

Что для нас еще ничего не закончилось.

К тому времени, как я сворачиваю на дорогу к Стиллхауз-Лейк, становится уже совсем темно. Я еду слишком быстро, на скорости проскакивая неосвещенные повороты и надеясь, что никому в этот час не придет в голову прогуляться по дороге или проехаться с выключенными фарами.

Но мне, к счастью, никто не попадается. Все тихо, и я торможу на подъездной дорожке с чувством неимоверного облегчения. Это парадоксально, потому что этот дом, это убежище больше не является безопасным. Это иллюзия. И всегда было иллюзией.

Сэм Кейд сидит на крыльце и пьет пиво. Я выключаю фары «Джипа» и тянусь, чтобы отключить планшет, но обнаруживаю, что батарея полностью разрядилась. Сую планшет в сумку и делаю пару глубоких вдохов, чтобы собраться с силами. Почему-то я не ожидала, что по прибытии найду все в полном порядке.

Пусть даже всей душой надеялась на это.

Я выхожу из машины и поднимаюсь на крыльцо, усаживаясь рядом с Сэмом. Он молча протягивает мне бутылку холодного «Сэмюэл Адамс», я откручиваю пробку и с благодарностью отхлебываю напиток. У него замечательный вкус – вкус возвращения домой.

– Это была чертовски короткая поездка, – говорит Сэм. – Всё в порядке?

Я гадаю, что в моем виде или поведении заставило его спросить об этом.

– Кажется, да. Просто было одно дело, которое мне нужно было уладить. Теперь с этим закончено.

Нет. Ничего не закончено. Я думала, что до Мэла дошло мое послание, но он даже не обеспокоился. Он не боится меня.

Это значит, что мне нужно бояться его. Снова.

– Хорошо. Мы соорудили каркас веранды. Осталось несколько дней, чтобы обить его досками и сделать гидроизоляцию, – и можно ею пользоваться. – Он медлит, затем сообщает: – Гвен, примерно с час назад заезжали полицейские. Сказали, что хотят заново расспросить тебя о той девушке в озере. Я сказал им, что ты перезвонишь.

Мой желудок сжимается, но я лишь киваю, надеясь, что не выгляжу обеспокоенной.

– Полагаю, они все еще цепляются за соломинку в поисках разгадки этого дела.