Отвергнутая невеста. (не)нужная жена (СИ)

 — Понимаешь, никакие слова не способны стереть из памяти вчерашний ужас! Если бы так все просто было! Разорванное платье, страх, боль, отчаяние…

Что-то красноречие меня покинуло.

— А потом слово — ластик “извини”, и все снова хорошо. Ты так это видишь? — произнесла я, выдергивая руку из его руки. Аскель пытался удержать ее, но я подобрала ее к себе и вцепилась в подол халата. — Аскель, словно “извини” не может стереть страх, боль, отвращение. Не может.

— Что я могу сделать, чтобы ты меня простила? — прошептал Аскель.

— Покинуть этот дом, — прошептала я.

— Дом я покинуть не могу. Семья Кронхаймов всегда жила вместе в одном поместье. И это указано в завещании отца, — произнес Аскель, покачав головой. — Чтобы мы с братом продолжили семейную традицию. Тот, кто уедет или не выполнит условия завещания — лишиться всего. Он потеряет титул, доступ к семейным деньгам и родовой магии.

Я обернулась на Розена.

— Это правда. Завещание скреплено магией, поэтому мы не имеем права его нарушать, — произнес Розен, скрипнув зубами.

Я слышала про такие завещания. Обычно их оставляли скандальные тетушки “многокотовного” возраста, дабы их пушистая армия не оставалась без присмотра, а уж тем более на улице по велению алчной и бессердечной родни. Буквально месяц назад в газетах гремела статья про то, как отчаявшаяся дама переписала все на комнатную собачку, чтобы ее непутевый сын не выгнал собаку из дома. В итоге получилось, что владельцем всего состояния и огромного особняка на улице Дубов является песель Адамант, которого кто-то умудрился украсть. И теперь сын мадам остался без средств к существованию и ищет всеми силами своего кормильца. Так же упоминался факт неоднократных укусов в области спины со стороны Адаманта, когда его подопечный приходил домой навеселе или приводил компанию кутил. Но я не думала, что здесь все так серьезно…

— Я сделаю все, чтобы ты меня простила, — прошептал Аскель. — Я пойду на все…

— Можешь пока пойти на хрен! — выругался Розен. Я облокотилась на спинку, чтобы чувствовать его руку. — Аскель. Я так понимаю, разум вообще потерял право голоса в твоей голове. Тебе придется постараться, чтобы выглядеть нормальным в ее глазах. И в моих тоже. Так что, дверь там.

Аскель вздохнул, встал с колен и направился к двери. Когда дверь за ним закрылась, я почувствовала, как обессиленно сползаю по креслу.

— Это правда, что ты был против нашей свадьбы? — спросила я, глядя на Розена.

Глава 25

— Да, я был против. Я знаю своего брата довольно давно, — насмешливо произнес Розен.

— А почему тогда ты не противился браку Аскеля с леди Кэтрин? — спросила я, весьма удивленно.

— Может, потому что я прекрасно знаю не только своего брата, но и семью леди Кэтрин, — с усмешкой произнес будущий муж.