Черный Отряд

Чем мягче и вкрадчивее говорил Душелов, тем больше я чувствовал, что мне следует его опасаться.

– Старый колдун. Тот, кто пробудил всех вас. Некоторые из бумаг были его.

Проклятье. Еще не договорив, я понял, что мне следовало бы прикусить язык. Ворон был единственным в Отряде, кто мог опознать бумаги Боманца как принадлежащие ему. Душелов усмехнулся и по-дружески хлопнул меня по плечу:

– Я так и думал, Костоправ. Уверенности у меня не было, но я так и думал. Вряд ли ты удержался бы и ничего не шепнул Ворону.

Я промолчал. Мне хотелось солгать, но он знал.

– У тебя не было другого способа это узнать. Ты сказал ему об упоминании истинного имени Хромого, и ему осталось лишь прочесть все, что он смог. Верно?

Я и на сей раз промолчал. Он был прав, хотя мотивы мои были не до конца братскими. Ворон сводит свои счеты, но Хромой желал смерти для нас всех.

Разумеется, наиболее ревностно охраняемый секрет каждого волшебника – его истинное имя. Любой враг, вооружившись этим знанием, способен поразить Взятого магией в самое сердце и душу или обмануть иллюзией."

"– Ты смог лишь предположить истинное значение вашей находки, Костоправ. Даже я могу о нем лишь догадываться. Но последствия вполне предсказуемы – крупнейшая катастрофа для армии мятежников и грызня среди Десяти. – Он снова похлопал меня по плечу. – Ты сделал меня вторым по могуществу в империи. Госпожа знает все наши истинные имена. Теперь мне известны три других, и к тому же я получил обратно свое.

Неудивительно, что он оказался столь разговорчив. Он уклонился от стрелы, даже не зная, что она в него летит, а кроме того, одновременно получил на халяву возможность схватить Хромого за горло. Попросту говоря, он наткнулся на радужный горшочек, полный власти.

– Но Шепот…

– Ей придется исчезнуть. – Он произнес это низким и ледяным голосом. То был голос убийцы, привычный к вынесению смертных приговоров. – Она должна быстро умереть. В противном случае мы ничего не достигнем.

– А если она уже кому-то рассказала?

– Не рассказала. Уж я ее знаю. До того, как Госпожа послала меня в Берилл, я сражался с Шепот у Ржи и в других местах. Я преследовал ее среди говорящих менгиров на равнине Страха. Я ее знаю. Она гений, но гений-одиночка. Если бы она жила во времена первой эры, Властелин сделал бы ее одной из своих слуг. Она служит Белой Розе, но сердце у нее черное, как ночь в аду.

– Я сказал бы то же самое про весь Круг.

– Да, – рассмеялся Душелов. – Каждый из них лицемер. Но с Шепот не сравнится никто. Это просто невероятно, Костоправ. Как она ухитрилась раскопать столько секретов? Как она узнала мое имя? Я спрятал его идеально. Я восхищаюсь ею. Честно. Такой гений. Такая смелость. Удар через Лорды, марш через Ветреный Край и подъем на Лестницу Слёз. Невероятно. Невозможно.