Черный Отряд

Зиндаба смутил вопрос Капитана:

– Да. С самого начала некоторые из нас поклонялись Матери Тьмы. Я не знал, что Могаба является одним из ее приверженцев, хотя должен был догадываться. Среди его предков были жрецы.

– Что он собирается делать сейчас? Не похоже, что мое возвращение его обрадовало.

– Не знаю. Боюсь, заявит, что вы – это не вы. Даже, например, что вы посланы Хозяевами Теней. Множество людей считает себя очевидцами вашей смерти. Среди них и ваш знаменосец.

– Они видели, что я был сражен стрелой. Но если бы они порасспросили Мургена, он бы поведал им, что, когда оставил меня, я еще был жив.

Зиндаб кивнул:

– Это тоже ставит меня в двусмысленное положение.

Костоправ не стал спрашивать Зиндаба, что может случиться, если он убьет Могабу. Ясно, что нары, и Зиндаб в том числе, объявят войну. В любом случае подобные вещи были не в духе Костоправа. Он никогда не убивал человека только потому, что тот его раздражал.

– Придется встретиться с ним в открытом бою. Ему придется либо принять вызов, либо уклониться. Интересно посмотреть, как отреагируют нары, если он все-таки пойдет на это.

– Хотите его казнить?

– Убивать его не собираюсь, я уважаю его. Он настоящий воин. Может, им и останется. А может, и нет. Когда ему придется оставить свои попытки состязаться со мной.

Зиндаб улыбнулся:

– Вы мудрый человек, Капитан. Я передам ваши слова всем остальным. И буду молиться, чтобы боги напомнили ему о нашей чести и клятвах.

– Замечательно. Торопитесь. Дело это неприятное, хотелось бы покончить с ним как можно скорее.

– А?

– Если я откладываю то, чем мне не хочется заниматься, дело так и остается несделанным. Пока идите. Я последую за вами.

Глава 70

Длиннотень посоветовался с Тенями, которых он оставил в темнице вместе с пропавшей женщиной. Затем навестил прикованного к постели Ревуна.

– Ты идиот. Ты схватил не ту женщину. Ревун не отреагировал.

– Это была Душелов. Она и только она. Только как это ей удалось?

Голосом, который был гораздо тише шепота. Ревун напомнил ему:

– Ты сам послал меня туда. Сам же утверждал, что Сенжак в Таглиосе.

– И к чему это привело? Ты не смог оценить обстановку, чтобы мы не попались в ловушку?

Он не спорил, да и не было смысла. Длиннотень никогда не ошибался. Если у него что-то не получалось, виноват всегда оказывался кто-то другой.

Длиннотень еле сдержал себя, чтобы не взорваться. Он произнес ледяным тоном:

– Ошиблись не ошиблись, виновны не виновны, факт тот, что мы нажили еще врага. Она не потерпит этого. Это раньше она только играла в игры с сестрой. Теперь же она играть не будет.

Ревун улыбнулся. Он и Душелов недолюбливали друг друга. Ревун встрепенулся.

– Она идет.

Длиннотень проворчал:

– Да. В том-то и дело. Она в моих владениях. И ходит именно по ним. – Он мерил комнату шагами.