Черный Отряд

Закат сиял великолепным заревом. Я просто не мог забыть, кем она была. Она же злилась на меня. Но все же хорошо скрывала это, присоединившись ко мне и наблюдая, как лицо города окутывает ночь. То было косметическое искусство, не снившееся ни единой пожилой княгине!

Зачем ей было тратить силы, сводя меня с ума? Я и сам прекрасно справлюсь.

— Чужие звезды, чужое небо, — заметил я. — Все созвездия полностью покинули свои места. Еще немного, и я не смогу отделаться от мысли, что попал в иной мир.

Она тихонько фыркнула.

— Мне это уже кажется. Ч-черт… Пойду-ка я пошарю в Летописи, что там сказано об этом Джии-Зле. Не знаю отчего, но не нравится мне это место.

То была истинная правда, хотя я только что осознал это. Странно. Как правило, меня тревожат люди, а не места.

— Так что же тебе мешает?"

"Я почти слышал, что она думает. Иди. Прячься. Заройся в книги и дела давно минувших дней. Я останусь здесь, чтобы взглянуть в лицо дню нынешнему и грядущему.

То был один из таких моментов, когда что ни скажи, все будет не то. Поэтому я выбрал из двух зол меньшее — молча встал и пошел.

И по дороге к лагерю едва не налетел на Гоблина. Он был так занят, что не услышал меня, хотя я, пробираясь впотьмах, наделал немало шуму.

Он, лежа за валуном, пожирал глазами сутулую спину Одноглазого и столь явно замышлял недоброе, что я не смог пройти мимо. Нагнувшись к его уху, я негромко сказал:

— Бу-у-у!

Он всквакнул и подскочил футов на десять, а затем смерил меня злобным взглядом.

Придя в лагерь, я принялся за поиски нужной мне книги.

— Костоправ, какого дьявола ты суешь нос куда не просят? — спросил Одноглазый.

— Что?

— Не суй нос в чужие дела! Я караулил этого пакостного жабеныша, и, если бы ты его не спугнул, он бы у меня…

Из темноты к нему скользнула веревка и улеглась кольцом на его коленях.

— Ладно, в другой раз не повторится.

* * *Летопись ничем не смогла развеять моих опасений. Я нажил себе настоящую паранойю с нервным зудом между лопаток и уже стал вглядываться в темноту, пытаясь рассмотреть, кто следит за мной.

Гоблин с Одноглазым продолжали щетиниться друг на друга. Наконец я спросил:

— Ребята, вы не могли бы хоть немного делом заняться?

Да, конечно, еще бы не мочь, однако они не могли согласиться, что их склока — вовсе не такое уж всесодрогающее событие, и потому просто взирали на меня, ожидая продолжения.

— Как-то мне не по себе. Не то чтоб я предчувствовал беду, но чувство похожее. И чем дальше, тем оно сильнее.

Они с каменными лицами хранили молчание.

Зато высказался Мурген:

— Я знаю, о чем ты. Костоправ. Как мы пришли сюда, я — тоже весь дерганый.

Я оглядел остальных. Гогот смолк. Прекратилась игра в «мясо». Масло с Ведьмаком слегка кивнули, подтверждая, что и они как бы не в своей тарелке.