Черный Отряд

Служители подошли осведомиться, чего я пожелаю. Раболепны они были — до отвращения."

"И какой-то отвратительной частице меня это весьма польстило. Частица была достаточно велика, чтобы я понял, отчего некоторые так жаждут власти. Что до меня самого — нет уж, премного благодарен. Я слишком ленив для этого. Да к тому ж боюсь, неудачливая жертва чувства ответственности. Поставь меня во главу угла, и я ведь вправду стану добиваться целей, для которых предназначена эта должность. Наверное, страдаю недостатком социопатического духа, необходимого, чтобы стать важной шишкой.

А как вести себя за ужином из нескольких перемен блюд, когда являешься завсегдатаем таких мест, где — либо ешь что дают, либо подыхай? Это ведь искусство — иметь преимущество перед таким стадом, боящимся, что ты сожрешь их всех, если окажешься недоволен. Вопрос, другой, привычная врачебная интуиция относительно намеков и подтекстов — и дело сделано. Я отослал служителей на кухню с наказом не слишком торопиться — попозже ко мне может присоединиться компаньон.

Нет, я не ждал Госпожу. Просто проделывал все по пунктам. То есть намеревался прокрутить свидание без партнерши.

Прочие гости продолжали искать повода пройти мимо и взглянуть на нового человека. Я даже пожалел, что не взял с собой эскорта.

Послышался рокот, наподобие отдаленного раската грома. Рокот приближался; по Садам прокатился шепоток, сменившийся гробовой тишиной, тут же нарушенной ритмичным цокотом стальных каблучков. Поначалу я не поверил. Не верил даже встав, чтобы приветствовать ее.

Показались Стражи Башни, остановились, развернулись, замерли навытяжку. Меж ними, маршируя на «ать-два-три» и задавая такт, словно тамбурмажор, показался Гоблин. Выглядел он — точь-в-точь как настоящий гоблин, только что выдернутый из некоего особо жаркого пекла. Он мерцал, будто раскаленное железо. За ним тянулся шлейф огненной дымки в несколько ярдов длиной. Он взошел в Грот, сделал толпе оловянные глаза, а мне подмигнул. Затем он промаршировал через Грот к противоположным ступеням и занял свой пост, лицом наружу.

Какого беса они опять затевают? Дожимают свою шуточку до конца?

Затем появилась Госпожа — ослепительная, словно мечта, и прекрасная, точно сон. Я, щелкнув каблуками, поклонился. Она спустилась в Грот, дабы присоединиться ко мне. Да, на нее стоило посмотреть! Она протянула мне руку. К счастью, многие тяжкие годы не избавили меня от изящных манер.

Пожалуй, все это даст Опалу тему для пересудов!

Одноглазый, окутанный темной дымкой, где кишмя кишели глазастые тени, спустился вслед за Госпожой и тоже осмотрел Грот.

Затем он повернулся к выходу, но я сказал:

— Пожалуй, я сожгу дотла эту шляпу.

Он был разодет, как лорд, однако на голове красовалась все та же шляпа тряпичника.