Черный Отряд

– Завтра в Весло, – сказал я, когда мы вылезали из фургона у придорожного постоялого двора в паре миль от Сделки. – И в этот раз чтоб никаких выходок. Все слышали?

У Одноглазого хватило совести изобразить смущение. Но Гоблин начал возмущаться.

– Поговори-поговори мне, – посоветовал я – А Следопыт тебя тем временем оглушит и свяжет. Мы не в игры играем.

– Жизнь – это игра, Костоправ, – ответил Одноглазый. – Ты слишком серьезно ее воспринимаешь.

Тем не менее они вели себя прилично – как той ночью, так и на следующий день, когда мы въехали в Весло.

Я нашел постоялый двор для мелких торговцев и путешественников в районе, куда мы прежде не заглядывали. Внимания мы не привлекли. Мы со Следопытом присматривали за колдунами, но те вроде бы не собирались делать глупостей.

На следующий день мы со Следопытом отправились искать кузнеца по имени Песок. Гоблин и Одноглазый остались на постоялом дворе под угрозой самых страшных кар, какие я только мог придумать.

Найти заведение Песка оказалось несложно. В своем деле он был давно известен и снискал уважение. Мы следовали полученным указаниям. Проходили по знакомым мне улицам. Тут Отряд претерпел немало приключений.

По дороге я обсуждал те приключения со Следопытом.

– Здесь немало новых домов, – заметил я. – Мы тут изрядно накуролесили.

Пес Жабодав шел с нами – последнее время у него случались приступы активности. Внезапно он остановился, подозрительно огляделся, сделал несколько осторожных шажков и опустился на брюхо.

– Неприятности, – перевел Следопыт.

– Какие?

На вид – ничего особенного.

– Не знаю. Говорить-то он не умеет. Просто показывает: «поберегись».

– Ладно. Осторожность денег не просит.

Мы свернули в лавочку, где торговали и чинили упряжь. Следопыт поболтал с приказчиком – якобы нужно ему охотничье седло, на крупного зверя идти. Я стоял в дверях и осматривал улицу.

Опять-таки – ничего примечательного. Люди, как обычно, носятся по обычным своим делам. Но чуть погодя я приметил, что у лавки Песка не толпится народ. И звона кузнечного не слыхать – а ведь, по идее, Песку полагалось бы присматривать за толпой подмастерьев и учеников.

– Эй, хозяин! А что у того кузнеца случилось? В последний раз, как мы заглядывали, он нам кой-какую работенку делал. А сейчас пусто вроде.

– Серые мальчики с ним случились. – Шорник явно чувствовал себя не в своей тарелке. Серые мальчики – это имперцы. На севере они носят серые мундиры. – Мало дураку было прежде. Мятежник он.

– Паршиво. Кузнец-то хороший был. И что нормальных-то мужиков на политику тянет? Нам бы хоть на жизнь заработать."

"– Да я понимаю, братец. – Шорник помотал башкой. – Вот что скажу. Если вам к кузнецу, идите-ка вы со своими делами отсюда подальше.