Черный Отряд

Так-так… Похоже, это объясняет кое-какую недавнюю раздражительность. Ее. Мою же вызывало тупоголовое упрямство тех, кто упорно старался меня стреножить. Это совсем другие пироги.

И я пошел подуть Аркане в ушко. Словесно.

* * *– Громоволу я выбирать не дам, – поведал я Аркане. – Возможно, для меня это шанс помириться с его папашей. И это единственная польза, которую можно выколотить из этого идиота. Если я оставлю его здесь, то он со временем выкинет нечто еще более тупое и идиотское, чем уже натворил. А тебе я уже говорил, что занимаюсь своим делом давно. И когда натыкаешься на такого кретина, как Громовол, то нужно искать способ, как его использовать. Или сразу убить. А я к старости стал сердобольным.

Скептическое выражение на лице Арканы тут же поведало, насколько удачно я впарил ей свою сказочку.

– А ты особая. И у тебя есть выбор. Если хочешь, можешь вернуться к своим. Или прокатиться к ним в гости, а потом вернуться с нами. Или сразу остаться здесь и никуда не лететь.

– О, я полечу. Не могу упустить такую возможность. А когда прилетим, тогда я и решу, что еще мне нужно сделать.

* * *Мы вылетели ночью, при свете полной луны. Госпожа, Душелов, Громовол и Аркана вместе с Ревуном – на новом ковре. Тобо, Шукрат, Мурген и я – верхом на леталках. Несмотря на возражения Дремы и боль заживающих переломов, Тобо настоят на том, чтобы отправиться с нами, потому что полетела Шукрат. А Мургену пришлось лететь со мной, потому что Сари лететь отказалась. Юная парочка бесстрашно носилась вокруг нас, поглощенная неким стрекозиным брачным ритуалом.

Мы с Мургеном сделали краткую остановку в Деджагоре. Дрема потребовала, чтобы мы проверили, как обстоят дела у Ножа и его армии.

– Так ты думаешь, что у Сари бывают видения? – спросил я, спускаясь к цитадели Деджагора.

– Что? – отозвался Мурген, занятый собственными мыслями.

– Помнишь ее припадки материнской любви? Клянусь, ей становится все хуже. Вот я и подумал: может, ты заметил, не было ли у нее психических припадков? Или чего-то в этом роде.

– Она не сказала бы. Даже если бы и были.

– А ты как думаешь?

– Думаю, что если припадков и не было, то она явно опасается, что они могут начаться.

– Да?

– Когда мы были молоды, она боялась превратиться в свою мать.

– Иногда она становиться чертовски раздражительной. – Но все же она не Гота, бабушка Тролль. Тело не причиняет ей сильных страданий. Поэтому теперь она боится превращения в Хонь Тэй. В свою бабушку.

– И?..

– Может, и превратится. Он все больше начинает на нее походить. А когда начинает на это жаловаться, я ей напоминаю, какой спокойной и уравновешенной всегда была Хонь Тэй. Как валун в бурной реке.

– Но это не помогает, верно?

– Ни на секунду… Ага, кажется, кто-то почуял наше прибытие.