Черный Отряд

И Душелов десятилетиями будет хохотать, вспоминая, как она заставила нас броситься на верную смерть из-за ребенка, который испытывал к нам чувства не более нежные, чем к лошадям, коровам и прочей скотине.

Госпожа замерла, но терпения у нее хватило ненадолго.

– Что?

– Это не Бубу. Я так думаю. – Но ведь эта обнаженная плоть не может быть иллюзией, верно? Правда, Гоблин когда-то баловался такими фокусами… Но Тобо сказал, что никакой активной магии здесь нет.

Я присел на корточки, кряхтя и прислушиваясь к треску в коленях, потом просунул руку между прутьями решетки и отвел в сторону темные волосы, прикрывающие шею женщины.

Затем я поманил Госпожу. Она присела рядом со мной. Ее колени затрещали столь же громко, как и мои.

– Посмотри на ее шею. Я тогда отлично поработал, верно? Шрамы почти не видны. – Я преувеличивал. Шрамы у нее остались уродливые. Но кто станет жаловаться на такие пустяки, если тебе пришили отрубленную голову?

– Проверь ногу. Какая из них была ранена? Правая, да?

Я повернул правую ногу женщины. Мы сразу увидели след от раны, нанесенной ловушкой Гоблина, и грубые результаты лечения, предпринятого Душеловом.

– Я ее ненавижу даже больше обычного, – проговорила Госпожа. – Если позабыть о раненой пятке и шрамах, она даже сейчас выглядит точнехонько как в свой девятнадцатый день рождения. Но что с ней?

– Отсюда не скажешь. Но приближаться к ней я не стану, пока не буду уверен, что это безопасно. Куда подевались Тобо и Ревун? Тащи их сюда.

Ситуация оставалась потенциально взрывоопасной, даже если активной магии в палатке не было. Придя в себя, Душелов будет рвать и метать.

– Наверное, наше чадо низко оценивает наши умственные способности, если полагает, что мы попадемся на этот трюк.

Я задумался. Может, мы появились тут быстрее, чем она успела окончательно подготовить ловушку?

Вернувшийся Тобо сообщил:

– Кошка Сит только что обнаружила Душелова на северной опушке леса. Гоблина она держит на поводке. Ей удалось собрать какое-то число солдат, и они теперь возводят земляное укрепление. – Пялясь на мою свояченицу, он отвлекался все больше и больше.

Ну, разве это не интересный поворот событий?

– Дщерь Ночи изображает Протектора? – изумилась Дрема.

Тобо едва не хлопнулся в обморок от возбуждения, и тут до него дошло, что у него поехала крыша из-за женщины, которая старше него на пятьсот лет.

Госпожа, всегда склонная к быстрым и решительным действиям в тех случаях, когда ей приходилось командовать, заявила:

– Нам нужно на нее давить. В любом случае. Каждая секунда, потраченная ею на подготовку, обернется для нас новыми потерями и трудностями в будущем.

Дрема не стала возражать. Против правды не попрешь. Она вышла из палатки – восстанавливать порядок и возобновлять наступление.