Черный Отряд

– У Протектора нет возможности передвигаться быстрее, чем слухи о ее прибытии. Когда она направится в Таглиос, они узнают об этом раньше, чем она там появится. И то, что она привезет с собой, выдаст ее намерения.

Я кивнул. Его логика выглядела здравой. А чтобы перехитрить Могабу, надо быть истинным пронырой. Душелов же сейчас такой не была. Она приобрела привычку ломиться напролом, потому что сильнее ее никого вокруг не было.

* * *Дрема решила изобразить, будто мы намерены остаться здесь и отдохнуть. А Тобо тем временем тщательно разведывал местность севернее Гархавнеса, иногда даже отправляясь на разведку лично и улетая вместе с Шукрат."

"Эта парочка становилась весьма дружной.

* * *Оставшись с Госпожой наедине, я сказал:

– Все это нравится мне все меньше и меньше. Мы союзники с Душеловом против нашей дочери и Кины. Мы союзники с предателем Могабой против твоей сестры. И мы союзники с полубогом, который за свою поддержку просит, чтобы мы его убили.

– Тебя послушать, так все это прямо заколдованный круг, – слабо усмехнулась Госпожа.

– Знаешь, что я тебе скажу? Это меня пугает. Она уставилась в никуда, дожидаясь моего объяснения.

– Я боюсь вообще, не так, как в бою. Боюсь облика, который может принять будущее.

У меня возникли очень и очень скверные предчувствия. Потому что внешне для Черного Отряда все выглядело слишком замечательно.

59. Центральная армия. Когда прибывают гости

Оборотня-Гоблина оказалось трудно поймать. Задачка на пару дней растянулась на две недели и под конец потребовала личного вмешательства Душелова – причем ей, к ее великому раздражению, пришлось действовать под руководством похожего на кошку существа, которое ей так и не удалось толком разглядеть, равно как и застать врасплох и заставить служить себе.

А тем временем она коротала время с девушкой.

В палатке Душелова стояла клетка, в которой была заключена Дщерь Ночи. То была самая большая и роскошная палатка в лагере. Девушку сперва раздели догола, а затем украсили всевозможными цепочками и амулетами. Никому из мужчин не позволяли ее охранять и даже приближаться к палатке. Душелов слишком хорошо знала, как умеют манипулировать мужчинами ее кровные родственницы.

Хотя девушка делала вид, будто не слушает, Душелов сказала:

– Я до сих пор не совсем понимаю, как вам со стариком удавалось от меня ускользать. Но кое-что подозреваю. И такое не повторится. Ты слишком важна для своей мамочки, чтобы бегать на воле. – Для этой тирады Душелов выбрала раздражительно-педантичный голос.

Девушка не отреагировала. Она одиноко пребывала в собственной реальности. Ей было уже не впервой становиться пленницей того, кто намеревался ее использовать. Она умела быть терпеливой. Ее час еще настанет. Кто-нибудь проскользнет в палатку.